– Сын, – обратился к нему Хофорт, – я понимаю, что не был хорошим отцом, я отдал тебя на воспитание Йоррмиту, совсем не уделяя тебе должного внимания. Но я старался сделать так, чтобы ты был гораздо умнее, чем я сам, и не повторял моих ошибок. Мне очень жаль, что мои поступки поставили твою жизнь под угрозу, и я могу лишь надеяться, что, когда-нибудь, ты простишь меня.
В глазах Хофорта блестели слезы, но он смог сдержать их, опасаясь окончательно утратить уважение своего сына. Йоррмит отвернулся и провел рукой по лицу, вытирая влагу между морщинами. Ярл Хофорт положил руку Рикхарду на плечо, крепко сжал и сказал:
– Мы оставим тебя, чтобы ты смог собраться с мыслями и подготовиться.
Он встал, кивнул Йоррмиту, тот закрыл тайник, подошел к Рикхарду и также подбадривающе сжал плечо, еще хранившее тепло руки Хофорта, после чего вышел вслед за своим ярлом, оставив ученика в библиотеке думать над своей новой жизнью.
Поддаваясь какому-то внезапному импульсу, Рикхард сразу принялся за дело. Как только ярл и учитель вышли из библиотеки, он открыл ящик, в котором Йоррмит держал свои обычные карты. Звездная карта, конечно, – большая ценность, но на ней не увидишь ни дорог, ни государств.
Разложив карты на столе, юноша восхищенно вздохнул. Он видел их не раз. Но, теперь, он смотрел на изображение этих земель не как ученик, занимающийся изучением географии, но как путник, выбирающий себе маршрут. На какое-то время, он даже забыл обо всех горестях, пришедших к нему в дом и заставивших его сейчас выбирать, куда отправиться, возможно, навсегда оставив за спиной стены Готервуда. Весь мир был открыт ему! Захоти он отправиться хоть в Достир, никто не станет ему препятствовать! Но как выбрать, куда податься?
Сначала нужно выбрать направление. С этим все просто: на юг, как можно дальше на юг. Рикхард, хоть и был уроженцем Севера, никогда не любил холод. Но Готервуд находится на отшибе. И, во всей округе, в это время года, лишь несколько трактов, которые считаются относительно безопасными. Но ни один не из них не ведет прямо на юг. После нескольких минут раздумий, юноша пришел к выводу, что идти придется в сторону Тарифта (в Стокфи он идти не хотел, поэтому, решил сделать небольшой крюк), однако, в сам город, пожалуй, лучше не соваться. Хорошо, дальше – в Бондус, а там видно будет.
Рикхард постарался как можно лучше запомнить все, что было изображено на картах. Он не мог их взять с собой – слишком уж старая бумага, настолько старая, что в дорожном мешке, от карт остались бы одни клочки. Убедившись в том, что самое главное он помнит, юноша вернул карты на место, положив их точно так, словно к ним и не прикасались. Йоррмит предупредил о том, что нужно соблюдать осторожность, а Рикхард имел привычку прислушиваться к советам старика.
Когда все было возвращено на свои места, он посмотрел в окно и ужаснулся. Солнце уже сошло с зенита. Он потратил несколько часов на карты, а ведь ему нужно было еще сочинить себе новое имя и историю.
Это оказалось еще сложнее. В дороге, он может изменить свой маршрут, повернуть не туда, куда планировал с самого начала. А вот с именем и личностью так не выйдет. Конечно, он не раз слыхивал о людях, путешествующих под бесчисленным множеством имен, но не представлял, как можно самому не запутаться в той пучине лжи, что будет преследовать такого человека до конца его дней. Так кем ему быть?
Рикхард, хромая уже гораздо меньше, чем осенью, подошел к окну и оперся руками в подоконник. Перед ним, во всей красе предстал его родной город. Ему никогда не доводилось бывать в других Уделах, поэтому, Готервуд ему казался довольно красивым городом. В целом, его родина, и впрямь, была местом живописным. Особенно, если взирать на него из замка, выстроенного на высоком холме. Почти сотня приземистых зданий расположилась в нескольких лигах от величественно возвышающейся горы Датт, на вершине которой стоял, обдуваемый холодными ветрами, храм Куддарата, куда каждый новый ярл Готервуда в одиночестве поднимался пешком, дабы получить благословение покровителя справедливых правителей. Двускатные крыши укрыты снегом, играющим блеском отраженных лучей зимнего солнца. Юноша наслаждался открывшимся ему видом, но не испытывал грусти, зная, что, уже завтра его тут не будет. Да, его родной город красив, но впереди его ждали другие, сказочно прекрасные пейзажи. С этой единственной светлой мыслью он вернулся к поиску своего нового "Я".
«Пути богов», преподобный Альтавириан
