Спустя полчаса, трое ярлов собрались в покоях, предназначенных для приема важных гостей Хофорта, слуги принесли стол и стулья для того, чтобы уставшие гости могли перекусить и согреться медом из замкового погреба. Однако, к меду Боткруф и Корун практически не притронулись, что весьма удивило Хофорта, так как Корун славился своим пристрастием к выпивке. Гости торопливо поели и, переглянувшись друг с другом, приступили к объяснениям, открывая правителю Готервуда причину своего внезапного приезда:
– Ходить вокруг да около смысла нет, – начал Боткруф, – ярлы Ходрик, Роллат и Сиктен мертвы. Убиты в своих домах. Убиты с прозрачным для нас намеком.
– Кто-то узнал о договоре, заключенном нами двадцать лет назад, – сказал Корун, – и теперь лишил Ториствуд, Нуккарт и Каннет правителей.
– Насколько я слышал, в этих Уделах уже есть правитель, – язвительно усмехнулся Хофорт, – поговаривают, подданные зовут его Эатуром. Глядя на вас, я получил самое лучшее доказательство истинности слухов.
Корун в ярости заскрежетал зубами:
– Это имя – еще одна насмешка над нами. Видимо, мы пропустили какую-то брешь тогда, и правда вырвалась наружу.
В покоях ярла Готервуда воцарилась тишина. Воющий ветер прорывался сквозь щели в оконных ставнях, шевеля огоньки свечей и факелов. Тени сидящих за столом дрожали, словно показывая ярлам, что знают о страхе, поселившиеся в их душах. Ярл Хофорт, до которого действительно доходили вести об этих тревожных событиях, сидел, ожидая, когда хоть кто-нибудь из собеседников затронет главный вопрос. Первым заговорил опять Боткруф:
– Думаете, это возможно?
– Он мертв, и все эти разговоры – сплошной треп! Не более того! – Ударив по столу кулаком, крикнул ярл Турра.
Голос его, помимо воли, дрогнул, от чего тот разгневался еще больше.
– Я не могу понять, – подал голос Хофорт, – почему вы, переодетые и без охраны, приехали ко мне? Думаете, что я как-то в этом замешан?
– Нет, – примирительно поднял руку Боткруф, – никому из правителей Уделов это не нужно. Раскрытие нашей тайны одинаково убийственно для каждого из нас. И мы с Коруном прибыли сюда не в поисках предателя, а, чтобы позвать тебя с собой в Стокфи, к Рубберту. Его замок неприступен, там мы сможем…
– Спрятаться? – прервал его Хофорт, – вы решили запереться в Стокфи? Так велик ваш страх, что вы забыли про свои семьи, поданных? Человек, зовущий себя Эатуром убивает не только ярлов и тех, кто мешает ему до них добраться. Убиты также и все те, кто мог бы претендовать на власть, после их смерти.
Боткруф успел предотвратить вспышку гнева своего спутника, схватив того за руку:
– Твои слова оскорбительны, ярл Хофорт. Нет, мы не забыли про наши семьи, они идут отдельно, и тайно. В наших замках мы оставили кое-каких людей, для встречи незваных гостей. Но, вряд ли, эти меры можно счесть достаточными. Поэтому мы и хотим собраться вместе, дабы рассудить о наших действиях там, где будет возможность.
– Двадцать лет назад я уже послушался вас, не подумав, как следует, – сказал, после минутной паузы, Хофорт, – в этот раз, я не допущу такую же оплошность. Снаружи начинается буря и вам не стоит пытаться осилить дорогу в такую погоду, я прикажу обустроить для вас комнаты, чтобы вы смогли отдохнуть, а завтра я скажу, что решил.
Правитель Готервуда встал, не дожидаясь ответа ярлов, и вышел из комнаты. Знал, что им очень не понравилось то, как он с ними, но не беспокоился на этот счет. Уже очень давно его перестало волновать мнение этих людей.
Йоррмит проснулся еще до того, как кто-то коснулся его плеча. Рука старика сжала рукоять кинжала, спрятанного под подушкой.
– Да, мне бы твою прыть в таком возрасте, – прозвучал знакомый голос.
– Ярл Хофорт? – тихо спросил Йоррмит, отпуская кинжал и высовывая руку из-под подушки.
– Да, друг мой, – старик услышал, как хозяин замка уселся на большой сундук, стоявший у кровати, – мне очень нужен твой совет.
Йоррмит поднялся и набросил себе на плечи шкуры, подошел к столу и без труда отыскал огниво. Несколько раз в темноте брызнули искры, после чего небольшой огонек затанцевал на кончике фитиля. Он поставил свечку на край стола, чтобы осветить лицо ярла Готервуда и сел на стул, оказавшись лицом к лицу со своим покровителем. Ему очень не понравилось то, что открылось его старым глазам. Хофорт был бледен, руки его были сцеплены, но от Йоррмита не укрылась едва заметная дрожь в пальцах. То, как выглядел ярл в темной комнате, озарённый неверным светом свечи, очень тревожило старика. Больше, чем слухи об убийствах правителей других Уделов. Он снова поднялся, подошел к небольшому шкафу, выполненному из полированной сосны, выудил оттуда небольшой бутыль и вернулся к столу. Чаш, конечно же, не было. Старик тихо ругнулся и протянул ярлу весь бутыль. Тот принял его и сделал несколько больших глотков. Йоррмит видел, его ярл хочет сказать что-то, но никак не может набраться смелости, однако у старого воспитателя и в мыслях не было торопить его. Он терпеливо ждал, пока ярл Хофорт самостоятельно справится с собой.
– Мне нужен твой совет, – повторил он.
