Личности, продающие данные о паспортах, конкурировали между собой и с каждым годом предлагали всё новые и новые расширенные версии своего продукта. Для них особо урожайными становились выборные компании, когда на этот не афишируемый рынок влетали политтехнологи, набитые деньгами и нетребовательные к качеству покупаемого материала.
Серьёзные люди, а Гапоненко причислял себя именно к таким, работали точечно, и если платили деньги, то за настоящий товар: психически больных, алкоголиков, неходячих или незрячих одиноких пенсионеров. Это гарантировало от неожиданных визитов владельцев подлинных паспортов в банки, где на их имя открывались многомиллионные счета, или в офисы компаний, которыми они якобы владели.
Сейчас предстояло переместить накопленные компрматериалы в ячейки, а накопилось их многовато. Гапоненко, страдая в душе, отделял главное от второстепенного, стараясь втиснуться в объём пяти боксов, что было непростой задачей.
По его заказу подчинённые изготовили пять коробок из плотного картона, точно подходивших под внутренние размеры ячеек. Гапоненко сортировал своё будущее богатство по темам и персоналиям, нумеруя коробки и делая условные пометки в своём потрёпанном блокнотике. До вечера предстояло перевезти всё в банк на долгое хранение.
Вторым этапом операции – перемещением архива по частям за границу – Гапоненко займётся позже, когда «Финком» обанкротится, и сам Гапоненко уйдёт в тень. Третья часть сокровенного плана: реализация накопленных тайных знаний, может длиться многие годы, пока живы фигуранты скандальных, но пока скрытых от общества историй.
Раздался стук в дверь, Гапоненко с сожалением оторвался от бумаг и разрешил войти.
Вошедший сотрудник службы безопасности доложил: обнаружен бывший компьютерщик «Финкома» Ермаков, которого подозревают в краже паролей. Живет с девицей в съёмной квартире в пригороде. Имя девицы уточняется. Их точный адрес и номер телефона имеются. Какие дальнейшие указания?
Гапоненко забрал записку с адресом и телефоном Ермакова, аккуратно сложил и опустил в нагрудный карман рубашки, после чего отпустил докладчика.
Нужно было подумать. Похищение и пытки этого Ермакова позволят узнать, как именно Садаков купил пароли, но ни «Финком», ни лично Гапоненко это уже не спасает. Черкасов кровно заинтересован завершить денежные проводки по последним операциям, поэтому любая утечка информации для него сейчас смертельна. А что получит от этого Гапоненко сверх того, что уже получил? Премию в сто тысяч долларов? Но все риски с этим Ермаковым, если что-то пойдёт не так, лягут лично на него.
Из раздумья его вывел звонок внутреннего телефона. Звонил Черкасов:
–Мне сказали, что козла этого, что пароли наши продал, нашли, чего медлишь? Давай, действуй!
–Только что доложили, приступаем, – пробормотал Гапоненко в уже замолчавшую трубку. Ого, значит, крыса завелась и в его рядах. Течёт информация изо всех щелей. А ведь подбирал сотрудников сам и проверял не по одному разу, а всё-таки проглядел.
Хорошо хоть, свой архив он не доверял никому, ночами работал, чуть не ослеп, разбирая судорожные каракули признаний и расписок. Но делал всё сам, без помощников, и продать его некому.
Вновь постучали в дверь. Вошел давешний сотрудник. Его лицо не выражало никаких эмоций, что-что, а людей в госбезопасности раньше готовить умели. Вот и думай, не он ли минуту назад тебя сдал с потрохами.
Начальник службы безопасности по-доброму улыбнулся:
–Что ещё стряслось в нашей богадельне?
–Отзвонился наш человек из сотовой компании. Телефонный аппарат Садакова прорезался, но с другим абонентским номером. Какой номер, и где это было он сообщит при встрече лично вам, но предупредил, что ждёт двойную плату.
–Ладно, принято, свободен, – отпустил его Гапоненко.
Настало время быстрых действий. Из сейфа была извлечена пачка долларов для расплаты с осведомителем. За пустяковую информацию он требовал уже четыре тысячи, а не две, как обычно. Узнал, что «Финком» тонет, и старался урвать побольше напоследок.
Затем коробки с документами он втиснул в две большие спортивные сумки, прозванные в горячих точках «мечта оккупанта», а приговорённые к сожжению папки, свалил в большой мешок для мусора.
Вызвав на подмогу водителя и двух сотрудников, Гапоненко демонстративно распорядился:
–Тащите этот хлам в багажник. Сожгу сам, не дай Бог хоть листочек сохранится, все тогда сядем.
Проследив за исполнением, он велел водителю ехать к трем вокзалам и встать на стоянку перед универмагом. Доехали быстро. Гапоненко предложил водителю выйти покурить. Вышколенный парень, к слову, никогда не куривший, послушно выбрался из-за руля, и осторожно прикрыл дверцу. Далеко он не отходил, чтобы держать машину и прилегающую территорию под визуальным контролем.
