Я скинул мешок на пол. Достал ингредиенты, аккуратно разложив их на краю стола: склянка с маслом звездного тмина, густым и черным, как ночь, пахнущим дальними галактиками; ампула с Кровью Князя Бездны — темно-багровая, почти черная субстанция, клокотавшая злобной энергией даже сквозь стекло; три корня мандрагоры, древних, скрюченных, похожих на засушенных карликов, их тихий шепот отчаяния щекотал сознание; и, наконец, десять Алмазов Адаманта — идеальных, чистейших кристаллов, холодных и безжизненных, жаждущих наполниться силой.
Затем я снял с пальца простое золотое кольцо. Тот самый скромный ободок с гравировкой «Всё пройдет». Моя последняя нить к иллюзии простоты. Теперь оно станет оружием. Щитом. Крепостью. Тюрьмой. Как когда-то…
Я сел на пол в позу лотоса, положив кольцо перед собой на голые доски. Взял кусок мела, пропитанный собственной кровью и пылью алмазов Адаманта. Дыхание замедлилось, сердцебиение выровнялось, сливаясь с ритмом Вселенной. Мир сузился до точки — до кольца на полу.
Мел заскользил по дереву. Точка. Окружность. Пентаграмма внутри — не просто звезда, а сложная мандала, спираль, вобравшая в себя знание тысячелетий. Знания моего царства, моих битв, моих побед над духами и демонами. Каждая линия пылала внутренним светом по мере нанесения, впитывая кровь и намерение. Я вплетал в узор руны Солнца, Защиты, Поглощения, Пленения. Рисунок становился все сложнее, живым, пульсирующим.
Когда последняя черта была замкнута, мандала вспыхнула ослепительным золотым светом, на мгновение затмив лампу. Воздух загудел, как натянутая струна.
Я взял склянку с маслом звездного тмина. Перевернул ее вверх дном. Первая капля рухнула на пол. Затем еще капля. Масло растеклось по линиям мандалы, впитываясь в рисунок, заставляя свет пульсировать темнее, глубже, приобретая оттенок космической ночи. Затем настала очередь крови Князя Бездны. Я открыл ампулу. Зловоние гниющей бесконечности ударило в нос. Капля черно-багровой субстанции упала прямо в центр пентаграммы, на кольцо. Раздался шипящий звук, как от раскаленного железа. Кровь впитывалась в золото, оставляя темные, зловещие прожилки. Я добавил свою силу, чистую, солнечную, заставив демоническую энергию подчиниться, вплестись в структуру артефакта как элемент защиты, а не разрушения. Кольцо дрогнуло, стало теплым.
Потом я перешел к мандрагорам. Я взял первый корень. Древний крик отчаяния ударил мне в мозг. Я раздавил корень в руке, а затем сжег, превратив его в горький порошок. Посыпал им кольцо и мандалу. Пыль засветилась тусклым зеленым, зашипела, впитываясь. Это была жизненная сила земли, искаженная страданием, но сильная. Связь с материальным миром, якорь.
И наконец я перевел взгляд на Алмазы Адаманта. Я взял первый кристалл. Он был холодным, пустым, ненасытным. Я вложил в него часть своего Источника — мощный поток золотой энергии. Алмаз вспыхнул ослепительным белым светом, запел тонким, чистым звоном. Я прижал его к ободку кольца. Магия Астрала, древняя и неумолимая, потекла из моих пальцев, вплетая кристалл в структуру металла, заставляя его слиться с золотом. Алмаз исчез, оставив на поверхности кольца крошечную, идеально ограненную впадинку, сиявшую внутренним светом. Резервуар. Первый из десяти.
Работа требовала чудовищной концентрации. Каждый алмаз был новой битвой — нужно было наполнить его силой, точно вплести в растущую магическую матрицу кольца, сбалансировать с уже влитыми элементами. Пот заливал глаза, мышцы горели от напряжения, Источник стонал, отдавая последние капли. Я чувствовал, как кольцо меняется, тяжелеет не физически, а магически. Оно становилось не просто украшением. Оно становилось центром. Аккумулятором невероятной мощи. Щитом, способным отразить удар князя. Оружием, способным выжечь дыру в реальности. И… тюрьмой. Для тех, кого я решу туда поместить. Я выгравировал на внутренней поверхности микроскопические руны Пленения и Подчинения — невидимые глазу, но незыблемые для духа.
Когда последний, десятый алмаз слился с золотом, завершив матрицу, я рухнул вперед, едва удержавшись на руках. Голова гудела, как улей, тело было выжато досуха, как тряпка. Передо мной на полу лежало кольцо. Оно выглядело почти так же — простой золотой ободок. Только вот «почти» не считается. Теперь в его глубине мерцали крошечные звезды — алмазные резервуары. По поверхности золота, если приглядеться, струились едва заметные темные и светлые прожилки — кровь демона и сила звездного тмина. Оно излучало тепло и тихую, мощную вибрацию. Кольцо Соломона. Артефакт был рожден. Ценой всех моих знаний и духовных сил…
Усталость валила с ног. Каждая клетка тела вопила о покое. Но я знал — останавливаться было нельзя. Теперь, когда у меня был инструмент… нужен был страж кольца. Надежный. И у меня был на примете один кандидат.
