Одним махом, оттолкнувшись от карниза так, что камень раскрошился, я взмыл вверх, зацепился когтями за позолоту и вполз на узкую площадку под самым шпилем. Высота и простор ударили в глаза. Весь искалеченный, но все еще величественный Питер оказался как на ладони. Снизу сотни взглядов выживших синхронно поднялись на меня. На чудовище.
Мозг резанул тонкий, испуганный, но ясный голос Николая:
'Соломон⁈ Где ты⁈ Что это за… что ты сделал⁈ Портал… он исчез! Но ты… ты…
Облегчение, острое, как нож, ударило в сердце. Парень был на месте. В Зимнем. Живой.
— Николай! Как Рябоволов? Он жив? — спросил я.
— Жив! Еле-еле, но жив! Его нашли в руинах недалеко от дворца… Без руки, вся грудь разворочена, но дышит! Лекари борются за него!
Это были приятные новости. Серый Кардинал выжил. Он был ценной и важной фигурой для меня.
— Ты узнал, где прячется Юсупов? Рябоволов, наверняка, знает. Где его особняк. Где⁈
Повисла долгая пауза. Я почувствовал, как Николай куда-то обернулся и стал с кем-то перешептываться. Затем он вновь обратился ко мне:
— На Невском… Дом 124. Там его подвал и лаборатория… Но Соломон, что ты задумал? Ты же в этом… теле…
— Готовься, — сказал я жестко. — Приготовься к моему появлению во дворце. К твоему самому важному заданию.
— К чему именно⁈ — запаниковал Николай, явно желая, чтобы все поскорее закончилось. — Что я должен сделать⁈
— Убить меня.
— Что⁈ — взвизгнул царевич. — Убить… тебя⁈ Но ты же… Я… как⁈ Это безумие!
— Это план, Николай! — начал вдалбливать я, чувствуя, как хватка Скверны на моем сознании усиливается. — Архидемон рвется к поверхности, он чует мою слабину. Ты должен будешь убить это тело. Молнией. В сердце. А затем — немедленно перенестись в Кольцо к Мак! Все будет в порядке! Просто верь мне!
— Но…
Я оборвал связь. Резко, жестоко. У меня не было времени на уговоры. Оставалось только довериться царевичу…
Внизу поднялся новый шум. Маги скопились, навели щиты и каналы силы, готовясь к новой атаке.
Я бросился со шпиля вниз на крышу ближайшего здания. Каменные плиты треснули под моим весом. И я вновь побежал… Но в этот раз — за душой гребанного чернокнижника.
Особняк на Невском был погружен в хаотичную суету, контрастирующую с его обычно ледяной, музейной тишиной. В парадной зале, где когда-то давались балы, способные затмить императорские, теперь царил беспорядок. Дорогие ковры были свернуты в неуклюжие рулоны. Фарфоровые вазы, лишенные привычных мест, стояли на полу, обернутые в грубую холстину. Ящики с книгами, свитками и странными приборами, излучавшими слабый запах магии и горелой плоти, заполняли пространство.
Князь Алексей Владимирович Юсупов метался между ящиками, как паук, застигнутый пожаром в своей паутине. Его обычно аскетичное, бесстрастное лицо было искажено гримасой ярости и страха. Тонкие, иссохшие пальцы нервно перебирали пергаменты, то швыряя их в ящик, то роняя на пол.
— Андрей! Василий! — его скрипучий голос, обычно тихий и вкрадчивый, теперь визжал. — Кристаллы стабилизаторов! Где они? В черном ларце с рунами Поглощения! Не в этот ящик, идиоты!
Близнецы, обычно такие уверенные и жестокие в бою, теперь двигались с непривычной растерянностью. Андрей, темноволосый, с хищным оскалом, пытался запихнуть в дорожный сундук пару тяжелых артефактных пистолетов, не обращая внимания на хрупкие приборы рядом. Василий, со шрамом через бровь, укладывал свитки в футляр: его пальцы слегка дрожали.
— Отец, — прорычал Андрей, запихивая последний пистолет так, что дерево сундука треснуло. — Мы теряем время! Похоже, твой портал рухнул! Скоро сюда заявятся гвардейцы, и нам не поздоровится! И если Рябоволов вдруг выжил… Нам точно конец!
— Молчи! — Юсупов резко обернулся, его карие глаза, лишенные привычной глубины, горели лихорадочным блеском. — Я знаю! Знаю лучше тебя! Но без кристаллов… без данных… все насмарку! Пятнадцать лет исследований! Ключ к чистой Скверне! И он… он сдох! На столе! У меня на глазах! — Князь схватился за голову, его пальцы впились в седые волосы. — Ничтожество! Слабак! Не выдержал даже базового стресса! Я… я просчитался… Не учел деградацию источника… — Он закашлялся…
— Отец, — на этот раз голос Василия был ровнее, но не менее напряженным. — Мы можем все восстановить. В Крыму. В подземельях Ай-Петри. У нас есть база. Армия наемников, личная гвардия. Мы соберем новые образцы… Найдем другого носителя…
Юсупов опустил руки. Его взгляд упал на собственные ладони, покрытые старыми ритуальными порезами и свежими царапинами от недавней битвы с Рябоволовым.
