Суперагент заняла своё рабочее кресло, выбрала номер мужа и попыталась с ним связаться. В последнее время Шенер не выходил на связь, поскольку был занят восстановлением утерянной информации о своей организации, но не рассказать ему о том, что планирует Дэспертар, было, по меньшей мере, предательством.
— Мариэтти? Что-то случилось? Нужна помощь? — нежный и в то же время уставший голос Франца поприветствовал Хейккинен. Сердце девушки потеплело, когда она услышала своего мужа.
— Да… слушай, Шени, здесь очень важная информация о Шаклзе — то, что он хочет сделать… Сейчас тебе прочитаю, — вздохнула суперагент
Это будет нелёгкая неделя…
***
Жизнь в западном полицейском отделении претерпела некоторые крупные изменения за последние несколько дней. Новый глава Правоохранительного Комитета, Элиас Лехтонен, сделал, казалось, абсолютно всё, чтобы попытаться восстановить работоспособность полиции: он согласовался с лидером Отделения Безопасности, Мариэттой Хейккинен, вместе с ней стараясь следовать новой политике, которая, согласно их общему мнению, должна остановить действия Дэспертара и его помощника Виндиго.
В первую очередь Элиас довёл до конца запланированную проверку всех действующих полицейских и агентов на территории Шэйлоккейнской области, придя к интересным результатам: чистых предателей и шпионов в Полиции было не очень много, после проверки на детекторе их моментально вычислили и посадили в тюрьму на неопределённый срок, пока ситуация в Нирнвики не наладится, а вот количество сотрудников, которые негласно сочувствовали Сайдикатт-Вебу или были солидарны с действиями Дэспертара, удивило Килобайта, поскольку под эту категорию подпадала одна четвёртая часть от всего количества сотрудников Комитета в Шэйлоккейне.
Стала сразу ясна тактика Серого Маклера: он практически не засылал в Комитет своих шпионов, а воздействовал уже на работающих в нём людей, тонко манипулируя их чувствами, подтасовывая факты и оперируя самыми базовыми понятиями, в результате чего человек, на которого оказывается влияние, исполняет волю Маклера и не видит в действиях Шаклза ничего противоестественного, но при этом продолжает искренне верить в идеалы полиции, государства, и выполнять свой долг перед страной дальше, как ни в чём не бывало. Самым горьким в этой ситуации было то, что такие люди не могли считаться предателями: ими банально воспользовались.
И это было ещё опаснее, чем если бы в Комитете появились настоящие предатели.
Килобайт обсудил эту ситуацию с Корсар, в результате чего лидеры государственных организаций договорились между собой тщательно проверять контакты и личные устройства каждого сотрудника отделения; созданы специальные комиссии, обрабатывающие самые подозрительные сигналы и адреса, с которых приходят сообщения. Было также уведомлено, что работник, на которого воздействуют через странные послания, может донести об этом комиссии или самому Элиасу — те предпримут меры, а сотруднику выдадут крупную премию.
Ценой бесчисленного количества убитых нервных клеток Лехтонена эта тактика пока что оправдывала себя и численность потенциальных невольных предателей начала стремительно падать.
Другим изменением стало проведение крупных операций со стороны Комитета. При Сафари полиция вела себя несколько пассивно, стараясь аккуратно регулировать нарастающую войну банд и не провоцируя со своей стороны новые столкновения; учитывая, кем являлся Сафари, неудивительно, почему он не решался действовать в открытую. Но совсем недавно Элиас, переговоривший с премьер-министром Нирнвики и согласовав все необходимые вопросы с сенатором Шэйлоккейна, решил изменить тактику: отныне Комитет, получивший разрешение на использование бронетранспортёров и даже военизированных вертолётов, будет всеми силами и любой кровью бороться с Сайдикатт-Вебом.
Можно сказать, что здесь Дэспертар недооценил Лехтонена: он ожидал, что Килобайт, получивший в своё распоряжение информацию о планируемых миссиях, захочет помешать их исполнению, но новый глава полиции пошёл ещё дальше: он намерен не просто помешать этим заданиям — он намерен полностью искоренить организацию Виндиго, как таковую.
— Как думаешь, брат — Килобайт сразу в ура-атаку пойдёт или предпримет ещё что-нибудь? — Клиффорд задумчиво покрутил пустую от лимонада чашку. — Схема рабочая, но вот народу потеряем столько, что из кризиса не выйдем ещё лет двадцать. Я бы на его месте сперва оцепил земли Сайдикатта со всех сторон, а дальше бы уже шёл по всем фронтам.
— Возможно, так он и сделает, — резонно отвечает Джейкл. — А если не догадается, сомневаюсь, что Фредли будет молчать и не скажет ему ничего.
