«Мы просто вне себя от радости», – заявил на пресс-конференции Гаррет Суон, представитель галереи Тейт. Планы нового здания уже в процессе разработки, строительство должно начаться в конце июля, а в начале этой осени в галерее Тейт-Модерн откроется выставка избранных экспонатов коллекции.
Долгожданное открытие выставки «Эрос и Пан: избранные произведения из коллекции Рассела Т. Лермонта» состоится в эту субботу, 3 декабря. После торжественного приема для спонсоров и партнеров галереи пройдет лекция профессора Бальтазара Уорника из Университета архангелов и святого Иоанна Богослова. Уорник, давний друг Лермонта и доверенный хранитель коллекции, расскажет о том, как дед Лермонта, знаменитый врач викторианской эпохи Томас Лермонт, начал коллекционировать произведения искусства.
Жемчужиной выставки «Эрос и Пан» станет первый показ работы прежде неизвестной художницы Эвьен Апстоун, которая, предположительно, была пациенткой доктора Лермонта. Откровенный, пронизанный глубоким символизмом рисунок тушью был недавно обнаружен под живописной работой Рэдборна Комстока «Изольда» в ходе реставрационных мероприятий, проводимых сотрудниками галереи Тейт. Куратор, обнаруживший рисунок, дал ему название «Порыв». Работа примечательна не только откровенностью изображения человеческой натуры, но и тем фактом, что исследователи Тейт не смогли найти никаких сведений о художнице, которая, вероятно, погибла в том же пожаре, что в 1883 году погубил и викторианского «безумного художника» Якоба Кэнделла.
Вход на эту особенную выставку будет платным.
Ловите красоту.
В начале декабря Дэниел посетил Лермонтовскую выставку в Тейт-Модерн. Там было представлено несколько работ художников-самоучек последних двух веков: альбомы, эскизы, карты вымышленных городов, изображения архитектурных объектов, немало странных, бередящих душу скульптур, две работы викторианского художника-сказочника Якоба Кэнделла и несколько картин Рэдборна Комстока, включая диптих «Приворотное зелье» («Тристан и Изольда»). Половину последнего Дэниел уже видел раньше, в кабинете Лермонта.
Успевшие приобрести скандальную известность работы Эвьен Апстоун висели напротив: перо, тушь, акварель. Под самым крупным рисунком была табличка с названием:
Увы, работы Комстока казались бледными и приземленными в сравнении с рисунками Апстоун. Ее «Порыв» странным образом навевал мысли о работах таких совершенно разных, несопоставимых мастеров, как Марк Ротко и Одилон Редон, Густав Моро и Виллем де Кунинг. Рисунок был одновременно абстрактный и непристойный. Почти порнография, с печалью и изумлением подумал Дэниел. Под каждой работой имелись длинные аннотации, и он терпеливо дождался своей очереди, чтобы прочесть пояснительный текст к «Порыву», составленный известной феминисткой и самозваной агитаторшей Шарлотт Мойлан:
Одно из редких изображений обнаженной мужской натуры, запечатленное художницей викторианской эпохи, и, несомненно, единственное столь бесстыдно взывающее к той высоко сексуализированной, навязанной мужчинами модели отношений, превалирующей в обществе в том веке и по сей день, «Порыв» – выдающийся пример того…
– Она подчас перегибает палку, – произнес чей-то голос за спиной Дэниела. – Я про Шарлотт Мойлан. Она, знаете ли, у меня училась. Несколько лет тому назад. В Университете архангелов. Полагаю, вы примерно одного с ней возраста?..
Дэниел обернулся и к своему восторгу увидел подтянутого Бальтазара Уорника в элегантном графитово-сером костюме и шитой на заказ сорочке под цвет аквамариновых глаз.
– Профессор Уорник! А я думал, вы уже вернулись в Вашингтон!
Они пожали друг другу руки, и Уорник меланхолично улыбнулся, бросая взгляд на рисунок в раме.
– Вернулся. Но пару недель тому назад приехал снова – открывать выставку. Я, видите ли, возглавляю комиссию, учрежденную Расселом для обеспечения сохранности коллекции. У нас скоро встреча, но я хотел еще разок взглянуть на эту работу.
Они стали продвигаться к центру зала, чтобы полюбоваться скоплениями зрителей – у работ Комстока их собралось куда меньше, чем перед «Порывом».
– Рисунок действительно потрясающий, – произнес Дэниел.
Небольшая группа американок – женщин средних лет в футболках с надписью «МОНАШКИ В БЕГАХ» – столпилась у пояснительного текста Шарлотт Мойлан.
