Онъ взобрался на скалы, взялъ своего пони и поѣхалъ домой, сильно недовольный случившимися событіями и самимъ собою.
Люси Моррисъ получила письмо и осталась имъ вполнѣ довольна. Ей нужно было какое-нибудь удостовѣреніе въ любви жениха, и весьма немногаго достаточно было для ея успокоенія. Ей казалось почти невозможнымъ любить человѣка и въ то-же время сомнѣваться въ немъ. Она не могла-бы полюбить его или, покрайней мѣрѣ, высказать ему свою любовь, если-бы она не считала его человѣкомъ вполнѣ хорошимъ, а думать о немъ хорошо и дурно въ одно и то-же время -- для нея было рѣшительно невозможно. Ей хотѣлось получить отъ него нѣсколько словъ послѣ того, какъ она въ послѣдній разъ его видѣла и вотъ, теперь она ихъ получила. Она знала, что онъ находится у своей прекрасной кузины, которую она презирала, и въ которой, съ женскимъ инстинктомъ, почти видѣла свою соперницу, но по этому поводу у нея не явилось ни одной тревожной мысли. Онъ любилъ ее и что-бы Лиззи Эстасъ ни дѣлала, онъ будетъ любить только ее одну.
Въ этотъ-же вечеръ она написала ему въ отвѣтъ нѣжное, милое письмо, очень коротенькое, но полное любви и довѣрія. "Леди Фаунъ, между прочимъ писала она, прекраснѣйшая женщина, но что значила для нея леди Фаунъ или всѣ Фауны вмѣстѣ взятые въ сравненіи съ ея женихомъ? Если ему удобно пріѣхать въ Ричмондъ, такъ пусть пріѣзжаетъ, если-же онъ находитъ, что при существующихъ печальныхъ недоразумѣніяхъ между нимъ я лордомъ Фауномъ,-- лучше ему не пріѣзжать, то она не будетъ на этомъ настаивать. Видѣть его -- было-бы для нея величайшимъ счастьемъ. Но не большее-ли для нея счастье -- знать, что онъ ее любитъ? Это одно уже дѣлаетъ ее вполнѣ счастливой".
Но на другой-же день ея счастье омрачилось, что, однако, нисколько не поколебало ея довѣрія къ жениху. Это было въ субботу и лордъ Фаунъ только-что возвратился въ Ричмондъ. Въ этотъ день онъ видѣлся въ Лондонѣ съ м-ромъ Грейстокомъ, и пріѣхалъ въ Фаун-Кортъ мрачный, какъ осень. Его мрачное настроеніе сообщилось всѣмъ обитательницамъ Фаун-Корта. Мать и сестры лорда Фауна никогда не стѣснялись присутствіемъ Люси, разбирая по ниточкамъ Лиззи. Люси ничего не могла сказать въ защиту своей прежней подруги, которая притомъ потеряла всякое право на ея дружбу, съ тѣхъ поръ, какъ пыталась подкупить ее, такъ что всѣ онѣ въ душѣ рѣшили считать Лиззи Эстасъ -- злымъ козлищемъ. Но лордъ Фаунъ всегда старался скрывать свои чувства передъ Люси. Теперь-же, къ несчастью, онъ высказался при ней прямо и притомъ больше говорилъ о Франкѣ:
-- М-ръ Грейстокъ былъ въ высшкй степени дерзокъ, сказалъ онъ, когда все общество сидѣло послѣ обѣда въ библіотекѣ. Леди Фаунъ сдѣлала ему знакъ и покачала головой. Люси чувствовала, что вся кровь бросилась ей въ лицо, но на этотъ разъ она смолчала. Лидія Фаунъ тихонько подѣ столомъ взяла ея руку и сжала въ своей.
-- Не надо забывать, что онъ ея кузенъ, замѣтила Августа.
-- Его родство съ леди Эстасъ нисколько не можетъ оправдать его дерзкаго обращенія со мной, отвѣчалъ лордъ Фаунъ; -- онъ осмѣлился въ разговорѣ со мной употреблять такія выраженія, за которыя я вызвалъ-бы его на дуэль, только...
-- Фредерикъ! Ты не сдѣлаешь ничего подобнаго, воскликнула леди Фаунъ, быстро вставая съ кресла.
-- О, Фредерикъ, ради Бога, не дѣлай этого! просила его Августа, обнимая его.
-- Я увѣрена, что Фредерикъ и не сдѣлаетъ, замѣтила Амалія.
-- Только теперь дуэли не въ модѣ, продолжалъ невозмутимый лордъ,-- но ничто на свѣтѣ не заставитъ меня объясняться съ такимъ человѣкомъ, который держитъ себя совсѣмъ не по-джентльменски.
Лидія еще крѣпче сжала руку Люси, какъ-бы желая ее остановить.
-- Онъ никакъ не можетъ простить мнѣ, продолжалъ лордъ,-- своей ошибки въ дѣлѣ сааба.
-- Я увѣрена, что вы ошибаетесь, лордъ Фаунъ,-- и саабъ тутъ ни при чемъ.
-- Миссъ Моррисъ, а позволю себѣ остаться при моемъ мнѣніи, отвѣчалъ лордъ Фаунъ.
-- А я при своемъ, смѣло продолжала Люси.-- Индѣйскій саабъ не имѣетъ ничего общаго съ тѣмъ, что м-ръ Грейстокъ могъ-бы оказать или сдѣлать относительно своей кузины.
-- Люси, вы забываетесь! остановила ее леди Фаунъ.
-- Люси, милая, не спорьте съ братомъ, замѣтила Августа.
-- Послушайте, Люси, не обращайте вниманія на его слова, посовѣтовала Амалія.
-- Какъ я могу слушать такія обвиненія и не обращать на никъ вниманія! воскликнула Люси- Зачѣмъ лордъ Фаунъ выражаетъ ихъ при мнѣ.
Лордъ Фаунъ удостоилъ на этотъ разъ сильно прогнѣваться на гувернантку своей матери.
-- Мнѣ кажется, миссъ Моррисъ, что я имѣю право высказывать свое мнѣніе въ домѣ матери.
-- А я стану высказывать свое, настаивала Дюси.-- М-ръ Грейстокъ -- истинный джентльменъ. Если вы говорите, что онъ поступилъ не по-джентльменски, то это чистая ложь.
Услыхавъ эти ужасныя слова, лордъ Фаунъ всталъ и медленно вышелъ изъ комнаты. Августа, съ ужасомъ поднявъ руки, послѣдовала за нимъ. Леди Фаунъ закрыла лицо руками, даже Амалія перепугалась.
-- О, Люси! отчего вы не смолчали! сказала Лидіяю
