-- Ну, положимъ, что на морскомъ берегу вовсе не холодно; во всякомъ случаѣ вамъ надо уѣхать, если эти слухи несправедливы.
-- Какіе слухи?
-- Говорятъ, что вы выходите замужъ за лорда Джоржа.
-- Это неправда. И кому-же это знать лучше, какъ не вамъ. Вы знаете, что я люблю только васъ.
Франкъ почти безсознательно пожалъ ей руку.
-- Какъ вы смѣете жать мнѣ руку, когда вы знаете, что съ вашей стороны это чистое коварство.
-- Ошибаетесь, Лиззи, вы знаете, что я васъ люблю.
-- Любите, но какой любовью? Франкъ, отдайте мнѣ мое сердце назадъ. Развѣ забыли вы, что обѣщали мнѣ у подножія скалъ въ Портрэ?
Трудно мужчинѣ отказываться отъ женской любви. Положеніе Франка было очень непріятное. Правда, онъ покончилъ уже съ любовью къ своей кузинѣ, къ которой, впрочемъ, онъ никогда не чувствовалъ настоящей любви, а только увлекался ея красотою,-- но какъ сказать ей объ этомъ въ глаза. Къ тому-же Франкъ не могъ не сознаться, что ему льстила любовь къ нему кузины.
-- Лиззи, сказалъ онъ наконецъ послѣ нѣкотораго раздумья,-- я вижу, вы вовсе не понимаете моего положенія.
-- Какъ не понимаю! Дрянная дѣвчонка околдовала васъ и вырвала у васъ обѣщаніе, отъ котораго вы не знаете, какъ отдѣлаться... А я мечтала васъ сдѣлать богатымъ и великимъ. Вѣдь вы имѣете много долговъ?
-- Имѣю, но помощи отъ васъ никогда не приму.
Неизвѣстно, какой-бы оборотъ принялъ этотъ разговоръ и не привелъ-ли-бы онъ снова въ побѣдѣ Лиззи, но въ эту минуту вошла м-съ Карбонкль и объявила, что пришелъ м-ръ Эмиліусъ и желаетъ видѣть леди Эстасъ.
-- Кто такой этотъ м-ръ Эмиліусъ? спросилъ Франкъ.
-- Знаменитый проповѣдникъ. Вы видѣли его у меня, въ Портрэ, отвѣчала Лиззи.
-- Помню, помню, онъ бросалъ нѣжные взгляды на миссъ Мэкнельти и пилъ много вина за обѣдомъ.
-- Можно-ли такъ зло говорить о священнослужителѣ? замѣтила м-съ Карбонкль.
Но Франкъ ничего не отвѣчалъ. Онъ поспѣшилъ проститься съ дамами и вышелъ изъ комнаты.
Скоро явился м-ръ Эмиліусъ. Прежде всего онъ прочелъ молитву, стоя на колѣняхъ подлѣ кровати больной; затѣмъ прочиталъ главу изъ библіи, послѣ чего принялся за чтеніе "Чайльдъ-Гарольда", выбравъ четвертую пѣснь. Онъ такъ превосходно читалъ стихи, что въ Лиззи явилось внезапное сознаніе, что поэзія есть жизнь, а жизнь -- поэзія.
Получивъ письменное согласіе своего жениха, м-ра Грейстока, на то, что она должна пробыть гдѣ нибудь шесть мѣсяцевъ компаньонкой, Люся Морисъ, въ полномъ собраніи семейства Фаунъ, объявила, что она принимаетъ предложеніе леди Линлитгау. И мать семейства, и ея дочери съ горестью и слезами выслушали рѣшеніе Люси Морисъ, какъ потому, что имъ жаль было разставаться съ дѣвушкой, къ которой онѣ привыкли и любили отъ всего сердца, такъ еще болѣе изъ страха, что она будетъ жить у такой ужасной женщины, какъ леди Линлитгау. Взапуски одна передъ другой онѣ стали уговаривать Люси остаться въ ихъ домѣ. Болѣе всѣхъ хлопотали, конечно, сама леди Фаунъ и миссъ Нина. Но ихъ просьбы не привели ни къ чему: Люси рѣшительно объявила, что она не можетъ и не должна оставаться въ томъ домѣ, гдѣ къ ея жениху относятся враждебно.
-- Я убѣждена, что уживусь съ леди Линлитгау, тѣмъ болѣе, когда знаю, что останусь тамъ недолго.
-- Обѣщайте, не крайней мѣрѣ, считать нашъ домъ убѣжищемъ, куда вы можете всегда удалиться, если измѣнятся обстоятельства, сказала леди Фаунъ.
Дѣлать нечего, пришлось исполнить желаніе упрямой дѣвушки. Леди Фаунъ приказала запречь свою карету и предложила ее Люси для переѣзда въ леди Линлитгау. Передъ отъѣздомъ Люси примирилась съ лордомъ Фауномъ. Помощникъ статсъ-секретаря до того умилостивился, что предложилъ Люси остаться въ домѣ его матери. Когда-же Люси объявила, что она только потому мирится съ нимъ, что уѣзжаетъ совсѣмъ изъ дома, достопочтенный лордъ снова возъимѣлъ дурное мнѣніе о непокорной дѣвушкѣ.
По пріѣздѣ Люси въ домъ леди Линлитгау, графиня встрѣтила ее вопросомъ:
-- Это вы изволили пріѣхать въ собственной каретѣ?
-- Я. Леди Фаунъ очень добра и пожелала доставить мнѣ это удобство.
-- Все это вздоръ, моя милая. Надѣюсь, вы не боитесь ѣздитъ въ кэбѣ?
-- Не боюсь, леди Линлитгау.
-- Вамъ здѣсь не придется разъѣзжать въ каретахъ. Ранѣе Рождества я никогда не держу лошадей. Я полагаю, вы знаете, что я бѣдна, какъ Іовъ.
-- Я этого не знала.
-- Ну, такъ знайте. Я могу вамъ предоставить только здоровую пищу. Однакожъ, не могу ручаться, что она всегда будетъ здорова: мясники отъявленные плуты, а булочники еще хуже ихъ. Что вы дѣлали у леди Фаунъ?
-- Давала уроки двумъ младшимъ дочерямъ.
-- Здѣсь некому давать уроковъ, если не вздумаете давать ихъ мнѣ. Сколько жалованья вы получали?
-- Восемьдесятъ фунтовъ.
-- Слишкомъ много.
-- Я имѣла больше того. Вся семья считала меня своимъ другомъ, я чувствовала себя тамъ, какъ дома. Чѣмъ больше я смѣялась, тѣмъ было имъ пріятнѣе.
