Однако она далеко не ушла. Она направилась по тропинкѣ, ведущей къ небольшой каменистой горѣ, возвышавшейся среди тощихъ пажитей. Ярдовъ пятьдесятъ ниже начиналась длинная гряда скалъ, правда, не очень крутыхъ и не такихъ остроконечныхъ, какъ настоящія скалы, за то покрытыхъ, въ плоть до самаго моря, сѣро-зеленымъ ковромъ изъ мха, что и давало право Лиззи называть берегъ своего имѣнія скалистымъ. Изъ оконъ ея комнаты ясно была видна эта каменная гряда скалъ, и леди Эстасъ, въ минуты поэтическаго восторга, бывало, долго простаивала передъ окномъ, любуясь на эту живописную картину и мечтая о томъ, какъ она будетъ ходить туда читать своего Шелли. Разъ даже случилось такъ, что она дѣйствительно добралась до вершины главной скалы и съ восторгомъ протянула оттуда руки къ едва виднѣвшимся на горизонтѣ горамъ острова Аррана, какъ-бы привѣтствуя ихъ. Но въ тотъ день погода была свѣжая, очень удобная для поэтическихъ изліяній; теперь-же, напротивъ, раскаленное солнце жгло голову, и когда Лиззи, усѣвшись на камнѣ, развернула "Королеву Мэбъ", то оказалось, что читать не было возможности и что зонтикъ служилъ плохой защитой отъ палящаго солнца. Пришлось по-неволѣ встать. Лиззи стала искать глазами какого нибудь тѣнистаго убѣжища, откуда ей можно было-бы любоваться "на милый, безбрежный океанъ съ его сверкающими волнами". (Леди Эстасъ иначе не выражалась, говоря объ устьѣ Клейда). Но такого уголка не нашлось нигдѣ; только въ правой сторонѣ, на горѣ, стояло нѣсколько тощихъ деревьевъ. "Не спуститься-ли къ морю, какъ я это сдѣлала разъ? подумала Лиззи. Найду-ли я и тамъ тѣнь? пожалуй, придется опять карабкаться наверхъ". Солнце припекало все сильнѣе и сильнѣе,-- видя, что другого исхода нѣтъ, какъ поскорѣе удалиться, леди Эстасъ медленно вернулась въ садъ и, расположившись въ старинной бесѣдкѣ, вынула снова Шелли изъ кармана. Лавочка, на которой она усѣлась, была низенькая, жесткая и полуразвалившаяся; въ углахъ бесѣдки ползали улитки (къ которымъ Лиззи чувствовала сильное отвращеніе); не смотря на все это, она рѣшилась остаться. Ей хотѣлось, во что-бы то ни стало, прочитать свою душку "Королеву Мэбъ", среди необыкновенной обстановки, а не у себя, въ прозаической, скучной, будничной гостиной. Чтеніе на скалахъ, какъ оказывалось, было возможно только рано утромъ на зарѣ, или вечеромъ, послѣ солнечнаго заката. Рѣшившись не обращать вниманія на неудобную скамейку и на все прочее, Лиззи приступила къ чтенію "Королева Мэбъ", о которой она очень часто говорила, желая показать, что знаетъ содержаніе этой поэмы. На дѣлѣ-же выходило, что она только теперь въ первый разъ раскрывала Шелли.
"Облекшись въ невыразимую красоту и грацію,
Сбросивъ съ себя тлѣнную земную оболочку,
Онъ воспріялъ образъ естественнаго величія
И предсталъ, безсмертный, среди разрушенія".
