Пока она жила въ домѣ декана, дружба между нею и Лиззи возобновилась. Правда, это была дружба почти съ одной стороны, потому что Люси, которая была проницательна и безсознательно способна читать ту книгу, о которой мы говорили въ предыдущей главѣ, стала нѣсколько бояться богатой вдовы. А когда Лиззи говорила съ нею о прежнихъ дняхъ ихъ дѣтства, цитировала стихи и говорила о вещахъ романическихъ -- на что она имѣла наклонность -- Люси чувствовала, что металлъ звучитъ фальшиво. Потомъ у Лиззи была скверная привычка бранить всѣхъ своихъ друзей за-глаза. Люси непріятно было слышать, какъ Лиззи бранила Грейстоковъ, и говорила это.
-- Все это прекрасно, дурочка, шутливо отвѣтитъ Лиззи: -- но вѣдь сами знаете, какіе они всѣ ослы!
Люси вовсе не думала, что Грейстоки ослы, и сильно придерживалась мнѣнія, что одинъ изъ нихъ такъ былъ далекъ отъ осла, какъ только могло быть далеко какое-либо человѣческое существо, извѣстное ей. Это былъ Фрэнкъ Грейстокъ, адвокатъ. О Фрэнкѣ Грейстокѣ должно быть дано особенное, но -- будемъ надѣяться -- очень короткое описаніе впослѣдствіи. Пока достаточно будетъ объявить, что во время короткихъ праздниковъ Пасхи, которые онъ проводилъ въ домѣ своего отца въ Бобсборо, онъ нашелъ Люси Морисъ самой пріятной собесѣдницей.
Вспомни ея положеніе, сказала деканша своему сыну.
-- Ея положеніе! Какое же ея положеніе, матушка?
-- Ты знаешь, что я хочу сказать, Фрэнкъ. Она премилая дѣвушка и настоящая лэди. Но съ гувернанткой, если не желаешь на ней жениться, ты долженъ быть осторожнѣе, чѣмъ со всякой другой дѣвушкой, потому что ты можешь надѣлать ей большого вреда.
-- Я вовсе этого не вижу.
-- Если лэди Фонъ узнаетъ, чтоу нея есть обожатель, она не пуститъ ее къ себѣ въ домъ.
-- Стало быть, лэди Фонъ идіотка. Если дѣвушка достойна обожанія, то разумѣется у ней будутъ обожатели. Кто можетъ этому помѣшать?
-- Ты не знаешь, о чемъ я говорю, Фрэнкъ.
-- Да -- знаю. Не думаю, чтобъ я могъ жениться на Люси Морисъ. Во всякомъ случаѣ, матушка, я никогда не скажу ни слова, которое могло бы возбудить къ ней надежду -- если надежда можетъ быть...
-- Разумѣется, надежда можетъ быть.
-- Я этого не знаю. Но я никогда не скажу ей подобнаго слова -- если не рѣшу, что имѣю возможность жениться на ней.
-- О Фрэнкъ, это невозможно! сказала деканша.
Мистрисъ Грейстокъ была очень добрая женщина, но у нея были стремленія устроить какъ можно выгоднѣе своихъ дѣтей, или по-крайней-мѣрѣ этого сына, и она думала, что было бы очень хорошо, еслибъ Фрэнкъ женился на богатой наслѣдницѣ. Это было однако давно, около двухъ лѣтъ тому назадъ, и многое устроилось послѣ того какъ Люси гостила въ домѣ декада. Она сдѣлалась старымъ и привычнымъ членомъ семейства лэди Фонъ. Младшей Фонъ не было еще пятнадцати и условіе было, что Люси останется у Фоновъ еще на неопредѣленное время. Старшая дочь лэди Фонъ, мистрисъ Гитауэ, имѣла свою собственную семью; она была замужемъ уже десять или двѣнадцать лѣтъ, и весьма вѣроятно, что Люси могла перейти къ ней. Лэди Фонъ вполнѣ цѣнила свой кладъ и всегда добросовѣстно старалась сдѣлать Люси счастливою. Но она думала, что гувернантка не должна желать замужства, по-крайней-мѣрѣ до извѣстнаго періода жизни. Если гувернантка будетъ влюбляться, то она не можетъ исполнять своихъ обязанностей. Конечно, быть не гувернанткой, а молодой дѣвушкой, освобожденной отъ затруднительной необходимости зарабатывать себѣ хлѣбъ, свободной имѣть обожателя и мужа, было бы гораздо пріятнѣе. Точно такъ гораздо пріятнѣе родиться съ десятью тысячами годового дохода, чѣмъ желать дохода въ пятьсотъ фунтовъ. Лэди Фонъ могла говорить очень благоразумно на эту тему цѣлый часъ сряду и всегда соглашалась, что слѣдовало очень цѣнить гувернантку, которая знала свое мѣсто и исполняла свою обязанность. Она очень любила Люси Морисъ и обращалась съ зависящей отъ нея дѣвушкой съ дружелюбнымъ вниманіемъ -- но она не одобряла посѣщеній Фрэнка Грейстока. Люси, покраснѣвъ до ушей, объявила однажды, что она не желала принимать своихъ гостей въ домѣ лэди Фонъ, но друзей своихъ выбирать зависитъ отъ нея самой.
-- Любезная мисъ Морисъ, сказала лэди Фонъ: -- мы такъ хорошо понимаемъ другъ друга, вы такая хорошая, что навѣрно всегда будете поступать какъ слѣдуетъ.
Лэди Фонъ жила въ Ричмондѣ цѣлый годъ, въ большомъ старинномъ домѣ, съ большимъ стариннымъ садомъ, называемомъ замокъ Фонъ. Послѣ того, какъ она сказала эти слова Люси, Фрэнкъ Грейстокъ нѣсколько мѣсяцевъ не былъ въ замкѣ Фонъ; можетъ быть, ея сіятельство сказала также нѣсколько словъ и ему. Но лэди Юстэсъ на своей хорошенькой парѣ сѣрыхъ пони иногда пріѣзжала въ Ричмондъ повидаться съ своимъ "милымъ старымъ другомъ" Люси, и посѣщенія ей дозволялись. Лэди Фонъ сказала своимъ дочерямъ, что она не видитъ въ лэди Юстэсъ ничего дурного. Ей казалось даже, что лэди Юстэсъ ей нѣсколько нравится. Но вѣдь лэди Фонъ ненавидѣла лэди Линлитго, какъ только двѣ старухи могутъ ненавидѣть одна другую -- и она не слыхала исторіи о брилліантовомъ ожерельѣ.
