Ни мистрисъ Карбункль, ни лэди Юстэсъ не сидѣли взаперти оттого, что въ домѣ было не все спокойно. Это совсѣмъ не согласовалось съ воззрѣніями мистрисъ Карбункль на житейскія дѣла; зачѣмъ стала бы она жить въ затворѣ и чуждаться жизненныхъ радостей? Она слишкомъ многимъ жертвовала для того, чтобъ найти ихъ, и слишкомъ хорошо понимала, какою высокою цѣною купила ихъ. Прошла уже половина зимняго сезона, несмотря на то, увеселеній было довольно на каждый вечеръ. Мистрисъ Карбункль до страсти любила театръ и бывала всякій разъ на первомъ представленіи всякой новой пьесы. Не было замѣчательнаго актера или актрисы, съ которыми она не была бы знакома, и потому она свободно распространялась въ сужденіяхъ на счетъ ихъ относительныхъ достоинствъ. На самый этотъ вечеръ три дамы запаслись билетомъ на ложу въ Гаймаркетѣ, въ которомъ давалась новая пьеса "Благородная Кокетка", написанная знаменитымъ авторомъ. Мистрисъ Карбункль много толковала о "Благородной Кокеткѣ" и хвасталась тѣмъ, что она разсуждала о двухъ главныхъ характерахъ съ актеромъ и актрисой, которые должны ихъ воспроизвести. Мисъ Талботъ увѣряла ее, что роль Маргариты была совершенно неудобоисполнима, и мистрисъ Карбункль была почти того же мнѣнія. Чтоже касается героя Стейнмарка -- по истинѣ подобной ролью ни одинъ актеръ въ мірѣ не въ состояніи вызвать сочувствія въ публикѣ. Тутъ былъ также и второстепенный герой, фламандскій графъ, смирный-пресмирный, словно дождевая вода, какъ выражалась мистрисъ Карбункль. Она весьма тревожилась на счетъ успѣха пьесы, которая имѣла своего рода достоинства; но по ея предчувствію, не будетъ имѣть успѣха. Всѣ эти дни она много толковала о томъ, что ни за что не откажется отъ удовольствія быть въ театрѣ отъ того только, что въ ея домѣ происходитъ возня изъ-за брилліантоваго ожерелья. Лиззи, по уходѣ лорда Джорджа, много недоумѣвала по поводу этого предмета, оставаться ли ей дома, или ѣхать въ театръ. Еслибъ лордъ Джорджъ сидѣлъ съ нею или кузенъ Фрэнкъ навѣстилъ бы ее, или вдругъ лордъ Фонъ вздумалъ пріѣхать къ ней, такъ она охотно отказалась бы отъ театра. Но оставаться въ одиночествѣ, съ ожерельемъ въ шкатулкѣ или въ своемъ карманѣ -- это было слишкомъ ужасно. Притомъ же надо думать, что за время ея пребыванія въ театрѣ полиція не станетъ обыскивать ея вещи. Ожерелья она не возьметъ съ собою въ театръ. Онъ приказалъ оставить его въ шкатулкѣ, когда она поѣдетъ со двора.
Лучинда тоже рѣшилась смотрѣть новую пьесу. Она объявила своей теткѣ въ присутствіи Лиззи и безъ малѣйшаго поползновенія на улыбку, что для нея можетъ быть полезно научиться, какъ должна поступать кокетка для того, чтобъ кокетничать благороднымъ образомъ.
-- Душа моя, сказала тетка:-- ты все слишкомъ горячо принимаешь къ сердцу.
-- Только никакъ уже не къ сердцу, отвѣчала молодая дѣвушка.
Итакъ она тоже рѣшилась ѣхать, а когда она разъ рѣшалась на что-нибудь, такъ ничто въ мірѣ не могло отклонить ее. Да и не было у нея охоты оставаться дома при мысли, что пожалуй сэр-Грифинъ вздумаетъ посѣтить ее.
-- Положимъ, что пьеса можетъ быть плоха, сказала она:-- но едвали она будетъ хуже дѣйствительной жизни.
Лиззи, но уходѣ лорда Джорджа, тихо прокралась наверхъ и сѣла у себя въ комнатѣ, чтобъ обдумать свое положеніе, не выпуская изъ рукъ ключа отъ шкатулки. Еслибъ кто стукнулъ въ дверь, она всегда успѣетъ спрятать въ карманъ футляръ съ брилліантами. Дверь свою она заперла на задвижку, такъ что во всякомъ случаѣ можно успѣть на все приготовиться. Въ душѣ она рѣшилась исполнить совѣтъ лорда Джорджа, и ни одинъ полицейскій и съ своею женщиною не будутъ допущены обыскивать ее, развѣ силою. Сидѣла она и все ждала, что вотъ-вотъ придутъ ея кузенъ съ Бёнфитомъ и съ женщиною. Но никто не приходилъ и она въ шесть часовъ сошла внизъ къ обѣду. Послѣ многихъ размышленій она оставила брилліанты въ шкатулкѣ. Навѣрно никто уже не придетъ дѣлать обыскъ въ такой поздній часъ. Никто не пришелъ и въ то время, когда человѣкъ доложилъ, что карета подана и всѣ три дамы поѣхали въ театръ.
Во всю дорогу мистрисъ Карбункль разглагольствовала объ ужасномъ положеніи, въ которое поставленъ лордъ Джорджъ этимъ воровствомъ, и о всемъ томъ, чѣмъ ему обязана Лиззи по случаю его хлопотъ.
-- Душа моя, сказала она Лиззи:-- наименьшее, что вы можете для него сдѣлать, это отдать ему все, что вы можете отдать.
-- Не знаю, желаетъ ли онъ, чтобъ я что-нибудь отдала ему, отвѣчала на то Лиззи.
-- А я думаю, что это очень понятно, продолжала мистрисъ Карбункль:-- и ужъ конечно я-то желаю, чтобъ это такъ и было. Мы съ нимъ добрые друзья -- очень добрые, нѣжные друзья, и ничего я не желаю такъ искренно, какъ того, чтобъ онъ устроился приличнымъ образомъ. Злые языки любятъ болтать всякій вздоръ только потому, что не всякій согласенъ жить безсердечною, разсчетливою жизнью. Но я могу васъ увѣрить, что между мною и лордомъ Джорджемъ ничего такого не происходило, что могло бы помѣшать ему отдать вамъ сердце свое нераздѣльно.
