Прежде чѣмъ устроилось свиданіе въ конторѣ Кэмпердауна, онъ пересмотрѣлъ всѣ старые документы. Конечно, бываютъ случаи, что часто тѣ дѣла, которыя по своей важности слѣдовало бы держать чистыми какъ текучая вода, часто оказываются въ самомъ запутанномъ состояніи. Брилліанты, о которыхъ идетъ рѣчь, были куплены, вмѣстѣ съ другими драгоцѣнными вещами, дѣдомъ сэр Флоріана въ то время, когда онъ женился на дочери какого-то герцога -- по этому случаю старинные фамильные брилліанты, считавшіеся наслѣдственнымъ достояніемъ, были проданы или отданы взамѣнъ за вещи тогда покупаемыя. Этотъ дѣдъ, который также былъ въ свое время сэр-Флоріаномъ. поставилъ въ своемъ завѣщаніи, что эти брилліанты должны считаться наслѣдственными, и отказалъ ихъ своему старшему сыну, а потомъ старшему сыну этого сына, если таковый родится. Брилліантами этими владѣлъ его старшій сынъ, но не владѣлъ сынъ этого сына. На свѣтѣ былъ такой Юстэсъ, но онъ умеръ прежде своего отца. Младшій сынъ старика сэр Флоріана, сэр-Томасъ, сдѣлался наслѣдникомъ брата и былъ отецъ того Флоріана, который женился на лэди Юстэсъ. Слѣдовательно, послѣдній сэр-Флоріанъ былъ четвертымъ наслѣдникомъ послѣ того старика сэр-Флоріана, который составилъ завѣщаніе и предписалъ, что эти брилліанты должны считаться наслѣдственными. Два промежуточные баронета ничего не упоминали объ этихъ брилліантахъ. Отецъ сэр-Флоріана даже умеръ, не сдѣлавъ завѣщанія. Были и другія вещи въ большемъ количествѣ, но не такія цѣнныя, какъ эти брилліанты, все еще хранившіеся у господъ Гарнетъ; о нихъ не поднималось никакого спора. Послѣдній сэр-Флоріанъ по завѣщанію оставилъ имѣніе Портрэ вдовѣ, но всю свою остальную собственность своему наслѣднику. Вотъ что наконецъ узналъ Кэмпердаунъ, но былъ принужденъ сознаться себѣ, что все это было нѣсколько запутано.
Однако онъ удостовѣрился, что затрудненія никакого быть не можетъ. Господа Гарнетъ могли сказать, что ожерелье находилось у нихъ вмѣстѣ съ другими вещами, еще находящимися у нихъ со времени смерти лэди Юстэсъ до брака послѣдняго сэр-Флоріана, ея сына. Они показали, что брилліанты были отданы имъ 24 сентября, въ день возвращенія сэр-Флоріана изъ Шотландіи съ его молодою женой. Первое показаніе Лиззи согласовалось съ записью въ книгахъ господъ Гарнетъ, но послѣ она увѣряла, будто ожерелье было подарено ей въ Шотландіи. Когда Кэмпердаунъ самъ разсматривалъ запись въ книгахъ ювелировъ, онъ нашелъ, что цифры такъ размазаны что ихъ можно принять и за 4 и за 24 сентября.А день брака сэр-Флоріана былъ именно 4 сентября. Только одинъ Джонъ Юстэсъ зналъ, что мать его въ Шотландіи носила это ожерелье. Только одинъ епископъ зналъ, что онъ видѣлъ его на шеѣ своей невѣстки, когда, какъ это часто случалось, она бывала въ парадномъ обществѣ. Кэмпердауну казалось, что онъ слышалъ отъ Лиззи два разсказа -- одинъ, повторяемый не разъ, что брилліанты были подарены ей въ Лондонѣ, второй -- что они подарены ей въ Портрэ. Самъ онъ думалъ, что брилліанты совсѣмъ не были въ Шотландіи послѣ смерти первой лэди Юстэсъ; но онъ зналъ, что можетъ вполнѣ положиться на распоряженія старика сэр-Флоріана. Не было ни малѣйшаго сомнѣнія, что это тѣ самые брилліанты, хотя оправа измѣнена. Старикъ Гарнетъ показывалъ, что онъ подъ присягой готовъ признать это ожерелье.
-- Вы не можете предполагать, чтобы лэди Юстэсъ желала удержать вещь, не принадлежащую ей, сказалъ Фрэнкъ Грейстокъ.
-- Разумѣется, сказалъ Джонъ Юстэсъ.
-- Никто этого не воображаетъ, сказалъ Кэмпердаунъ.
Лордъ Фонъ, чувствовавшій, что ему не слѣдовало бы находиться тутъ, и не знавшій, что лучше, заступиться за Лиззи или говорить противъ нея, не сказалъ ничего.
-- Но, продолжалъ Кэмпердаунъ:-- въ фактахъ сомнѣваться нельзя. Эти брилліанты составляли часть очень драгоцѣнныхъ украшеній, укрѣпленныхъ за наслѣдниками въ потомственное владѣніе сэр-Флоріаномъ Юстэсомъ въ 1799. Актъ этотъ былъ написанъ моимъ дѣдомъ и теперь находится у меня. Я не знаю какое еще доказательство можемъ мы имѣть. Угодно вамъ взглянуть на актъ, мистеръ Грейстокъ, и на завѣщаніе?
Фрэнкъ замѣтилъ, что такъ какъ, вѣроятно, дѣло это перейдетъ на обсужденіе законныхъ судей, то ему лучше на документы не смотрѣть. Все, что онъ скажетъ, взглянувъ теперь на документъ, не можетъ имѣть вѣса.
-- Но для чего обращаться къ судьямъ, сказалъ Кэмпердаунъ: -- когда дѣло такъ ясно?
-- Любезный сэръ, сказалъ Фрэнкъ:-- моя кузипа, лэди Юстэсъ убѣждена, что ея покойный мужъ имѣлъ намѣреніе подарить ихъ ей совсѣмъ, и что онъ не могъ этого сдѣлать, еслибъ не имѣлъ на это власти.
Кэмпердаунъ быль убѣжденъ, что Лиззи лжетъ, и потому ничего не отвѣтилъ.
-- Ваша опытность, вѣроятно, показала вамъ, продолжалъ Фрэнкъ: -- что въ дѣлахъ по наслѣдствамъ всегда бываетъ большое затрудненіе.
-- Я никода по слыхалъ о подобныхъ затрудненіяхъ, сказалъ Кэмпердаунъ.
-- Всѣ вообще понимаютъ это дѣло очень ясно, сказалъ лордъ Фонъ.
-- Покойный сэр-Флоріанъ, повидимому, понялъ не очень ясно, замѣтилъ Фрэнкъ.
