— Я очень устала, — сказала она. — Вы все вечно портите мои планы. Сначала чародей Сулиман не хотел приближаться к Пустоши, так что мне пришлось пригрозить принцессе Валерии, чтобы король приказал ему отправиться сюда. Потом, придя, он принялся выращивать деревья. Потом король месяцами не отпускал принца Джастина за чародеем Сулиманом, а когда он все-таки пошел, глупый дурак по неведомой причине отправился куда-то на север, и мне пришлось задействовать всё свое искусство, чтобы привести его сюда. Хаул доставил мне еще больше хлопот. Один раз он ушел. Мне пришлось использовать проклятие, чтобы привести его сюда, и пока я разузнавала про него достаточно, чтобы наложить проклятие,
Софи уставилась вслед высокой белой фигуре, двигающейся среди тусклого пламени. «Похоже, у нее старческий маразм! — подумала Софи. — Она же чокнутая! Я должна как-то освободиться и спасти от нее мисс Ангориан!» Припомнив, что оранжевое вещество, как и Ведьма, избегало ее трости, Софи потянулась тростью назад через плечи и помотала ею туда-сюда там, где липкое вещество встречалось со столбом.
— Убирайся оттуда! — велела она. — Отпусти меня!
Волосы больно дернуло, но тягучие оранжевые частички начали разлетаться в стороны. Софи замотала тростью активнее. Она освободила голову и плечи, когда раздался монотонный гудящий звук. Бледные языки пламени колыхнулись, а столб позади Софи содрогнулся. Затем с грохотом, похожим на падение тысячи чайных сервизов, часть стены лопнула. Ослепляющий свет хлынул в длинную зазубренную дыру, и в отверстие кто-то запрыгнул. Софи нетерпеливо повернулась, надеясь, что это Хаул. Но у темных очертаний была только одна нога. Снова пугало.
Ведьма взвыла от ярости и кинулась на него — светлая коса развевалась за спиной, а руки вытянулись вперед. Пугало прыгнуло на нее. Раздался еще один сильный грохот, и обоих окутало облако магии, похожее на облако над Портхэвеном, когда Хаул сражался с Ведьмой. Облако колотилось туда-сюда, заполняя пыльный воздух визгом и гулом. Волосы Софи затрещали. Облако находилось всего в нескольких ярдах, летая туда-сюда среди столбов. И разлом в стене тоже был довольно близко. Как Софи и предполагала, крепость на самом деле оказалась небольшой. Каждый раз, когда облако пролетало мимо ослепительно-белой щели, оно становилось полупрозрачным и Софи видела две худощавые фигуры, сражающиеся в середине. Она глазела, продолжая мотать тростью за спиной.
Она освободила всё, кроме ног, когда облако снова пронеслось на фоне света. Софи увидела, как позади него кто-то еще запрыгнул в щель. У этого кого-то были болтающиеся висячие рукава. Хаул. Софи четко видела его силуэт — он стоял, скрестив руки, наблюдая за битвой. Мгновение казалось, он собирается позволить Ведьме и пугалу разобраться друг с другом. А потом длинные рукава взметнулись, когда Хаул поднял руки. Перекрывая визг и гул, голос Хаула выкрикнул странное длинное слово, и прогремел долгий раскат грома. Пугало и Ведьма подпрыгнули. Вокруг столбов пробежали хлопки — одно эхо за другим, — и каждое эхо уносило с собой часть магического облака. Оно развалилось на клочья и закрутилось мрачными вихрями. Когда оно превратилось в тончайшую белую дымку, высокая фигура с косой начала разрушаться. Ведьма будто сложилась, став еще тоньше и белее, чем прежде. Наконец, когда дымка рассеялась, она с тихим стуком рухнула бесформенной кучей.
«Хорошо!» — подумала Софи. Она рывком освободила ноги и подошла к безголовой фигуре на троне. Фигура действовала ей на нервы.
— Нет, друг мой, — сказал Хаул пугалу.
Пугало прыгнуло прямо в кости и распихивало их ногой в стороны.
— Нет, ты не найдешь здесь ее сердца. Оно у огненного демона. Думаю, он давным-давно поработил ее. Грустно, на самом деле.
Софи сняла шаль и обернула ею безголовые плечи принца Джастина.
— Думаю, остальная часть того, что ты ищешь — вон там, — Хаул прошел к трону, и пугало прыгало за ним следом. — Типично! — сказал он Софи. — Я из кожи вон лезу, чтобы пробраться сюда, и нахожу вас здесь, мирно занимающейся уборкой!
Софи подняла на него взгляд. Как она и боялась, в резком черно-белом свете, проникающем сквозь сломанную стену, стало видно, что Хаул не потрудился побриться или привести в порядок волосы. Глаза у него всё еще были красными, а черные рукава порвались в нескольких местах. Хаул мало чем отличался от пугала. «Ох! — подумала Софи. — Должно быть, он очень сильно любит мисс Ангориан».
— Я пришла за мисс Ангориан, — объяснила она.
— А я-то думал, что, если приведу вашу семью навестить вас, вы в кои-то веки будете сидеть тихо! — с отвращением произнес Хаул. — Но нет…
Тут пугало прыгнуло, встав перед Софи.
