Пока я ступала по каменному полу мраморного коридора, ком обиды подкатил к горлу, силой выдавливая из глаз слезы. Вспомнилось, как я умоляла мужа не бросать меня, как унижалась, признавалась в любви и рыдала, а он… Он заставил меня подписать соглашение и довольный ушел. Шаэла пророчила мне бездетное будущее в инвалидном кресле и что теперь? Где же долгожданный наследник Харона, о котором он так мечтал? Жизнь расставила все по местам. Надеюсь, Харон никогда не узнает, что у него есть сын! Алетта права. Мне нужно поскорее выйти замуж!
– Стой! – эхом от стен отразился женский голос и я резко обернулась. Прямо на меня быстрой поступью надвигалась разъяренная Холли.
Жена канцлера угрожающе сжимала кулаки, будто готова напасть на соперницу в любой миг.
– Даже знать не хочу, откуда ты взялась! Предупреждаю, только посмей лезть к моему мужу! – от ее звонкого крика у меня зазвенело в ушах, но с места я не сошла, воинственно вскинула подбородок и ухмыльнулась.
– Не нужен мне твой Харон, – ответила спокойно и выставила руку вперед, не позволив ей близко к себе подойти. Не хватало еще драку устраивать в поместье Вокс из-за этого предателя. – Живите, как хотите. Я по приглашению Элиаса явилась. Надеюсь, это наша с вами первая и последняя встреча.
– Я видела, как вы танцевали и что-то обсуждали, – она нашла в себе такт остановиться, не нарушив мое личное пространство, но ярость в серых глазах Холли продолжала плескаться. – Заруби себе на носу, Амели, Харона я тебе не отдам! Можешь даже не стараться!
Мне так смешно стало, что не сдержалась, расхохоталась.
– Да плевать я на вашу семейку хотела! Понятно?! – вот уже и во мне вскипела ярость. – И не смей мне угрожать! Поверь, мне хватит золота и связей, чтобы защититься, как от тебя, так и от тетки Шаэлы! А если вздумаешь копать под меня, все узнают, как твой муженек избавился от калеки-жены, а его тетка заказала мое убийство! – это я еще очень прилично выразилась, Алетта на моем месте совсем бы другим словцом ситуацию описала.
– Вранье! Ты сама подписала соглашение. А когда ты пропала, Харон долго горевал и искал тебя. Так что держись от него подальше. Он меня любит!
– Да Белобог с вами! – махнула я рукой, обошла эту болящую ревнивицу и двинулась обратно в торжественный зал.
Чем больше лилось розового вина Кэбот во время праздника, тем веселее становился вечер. От танцев уже кружилась голова и гудели ноги. Я не пропустила ни одного, наслаждаясь общением с адмиралом, но нужно было ослепнуть, чтобы не замечать на себе ревностные взгляды Харона. Дракон совсем забыл о жене, много пил и смотрел на меня с не скрываемым вожделением. В какой-то степени приятно, но скорее тревожно.
Холли места себе не находила, скакала от одной компании к другой и поглядывала на меня, как на лютого врага. Но мы за остаток вечера с этой парочкой больше ни словом не перемолвились, что неимоверно радовало!
Когда за окном стемнело и зажглись фонари, Элиас позвал меня пройтись, и я с удовольствием согласилась. Вырваться из душного, переполненного гостями зала, было лучшим решением. Рядом с адмиралом я ощущала себя под защитой и почти не думала о бывшем муже. Мы мило беседовали и улыбались друг другу.
– Признаться, мне за всю жизнь так и не довелось отправиться в плавание на корабле, – говорила я, пока мы шли по каменной дорожке в сторону башни.
Хотя однажды на лодке меня прокатил Гюнтер, когда спасал в ту роковую ночь, но Элиас не знал, как я попала в род Кэбот. Возможно, придет время и я полностью откроюсь дракону, но не сейчас, когда узнала, что Харон его друг.
– Я это исправлю, – он осторожно, будто невзначай, коснулся моей руки. – В следующий раз устроим морскую прогулку. Согласна?
– Буду очень признательна, – вот и я прикоснулась к его руке так, что наши пальцы сплелись и тепло разлилось по телу.
– Грейсону понравится стоять за штурвалом, – улыбка так и сошла с моего лица.
– Грейсону?
– Я хотел бы познакомиться с твоим сыном. Люблю детей. Мы обязательно поладим. Вот увидишь, – я споткнулась и нога запуталась в юбке платья, но Элиас вовремя меня подхватил, не позволив позорно упасть. Стиснул в объятиях и заглянул в глаза.
– Ему понравится, – шепнула я и тяжело вздохнула, собираясь с силами. – Элиас, можно попросить тебя никому не говорить, что у меня есть ребенок?
Он смутился. Согласна, просьба странная, если не знать причины. Но я не могла ему всецело довериться и рассказать свою страшную историю. Жизнь научила не очаровываться мужчинами и доверять только себе.
– Отец с матерью знают. Если ты думаешь, что кто-то тебя осудит…
– Да! – зацепилась я за его мысль. – Не хочется, чтобы в высших кругах говорили обо мне за спиной.
– Поверь, никто не посмеет даже взглянуть не так в твою сторону, – он нехотя разомкнул объятия и мы продолжили путь, а меня в жар бросило от того пылкого взгляда, которым он меня одарил.
– И все же… прошу, Элиас, – подул легкий ветерок и освежил лицо, задышалось легче.