В начале Брусиловского прорыва задачу снабжения населения освобожденной территории продовольствием получило волынское и подольское земство и губернаторы (так как общую задачу помощи освобождаемым местностям получило МВД), которым перечислялись ссуды. Так, в 15-тысячном г. Дубно вообще не оказалось продуктов питания, так как отступавшие австрийцы выгребли все подчистую. Волынский губернатор лично выезжал на освобожденную территорию, чтобы получить представление о масштабах предстоящей помощи. В целом им было поручено «выяснить нужды населения местностей, очищаемых от неприятеля, принять необходимые срочные меры к оказанию означенному населению помощи и представить соображения об общем плане действий по оказанию этой помощи»[532]. На первом этапе, пока на ссуды не были закуплены продукты, сильно помогла инициатива общества. Например, монастыри Юго-Западного края открыли хлебопекарни, в которых хлеб продавался населению по себестоимости[533].
В ходе наступления Юго-Западного фронта были освобождены Луцкий, Дубенский, Кременецкий и часть Владимир-Волынского уезда Волынской губернии, где население нуждалось в продовольствии, одежде и крове. Почти половина дворов была разрушена войной, а еще четверть – повреждена. Осталось на освобожденной территории 118 483 чел., в том числе 24 589 мужчин, 39 333 женщины и 54 561 детей обоего пола. Трудоспособных – не более 10 %. На пепелища возвращались и беженцы: «Находя там свои жилища разрушенными, эти беженцы устраиваются большей частью в сколоченных наспех шалашах и вырытых в лесах землянках. Эта часть населения является наименее обеспеченной, ибо имущество лиц, уходивших перед приходом неприятеля, уничтожалось последним без всякой пощады». Отчет волынского губернатора П. В. Скаржинского в МВД от 16 июня показывал: «Луцк почти не поврежден, запасы продовольствия на первое время имеет; г. Дубно на три четверти разрушен и сожжен, запасов мало; сельская местность пострадала неодинаково, некоторые села уничтожены совершенно, другие пострадали мало». Правда, «поля крестьянские кроме прежней неприятельской прифронтовой полосы в 8–10 верст в значительных частях обсеменены, имеются также засеянные распоряжением австрийских властей помещичьи земли. Продовольственными запасами сельское население обеспечено, местами до нового урожая, при условии невозвращения беженцев». Земством губернии в Галицию были передвинуты 3 санитарно-эпидемических отряда, 4 фельдшерских пункта, 27 питательных пунктов, 3 продовольственных склада и 5 подвижных лавок. К середине сентября здесь действовало 36 земских лавок и предполагалось к открытию еще 22. Губернатор просил о содействии Маврина – отпустить хлеб из своих запасов[534]. Существенно помогли и соседние регионы. Телеграмма нового министра земледелия А. А. Бобринского в Житомирское губернское земство 12 сентября просила «закупать в Волынской губернии для потребностей армии и населения освобожденных от неприятеля местностей все, что возможно»[535].
В заседании 1 июля Совет министров обсуждал вопрос об оказании помощи населению освобождаемых территорий. Для этого губернские совещания должны были оказать продовольственную и иную помощь, в том числе санитарную медицинскую, вещевую, ветеринарную. Также снабжение инвентарем, семенами, восстановление жилищ. Продовольственная поддержка: «Первая помощь должна быть оказываема на началах благотворительности, но затем, по мере установления нормального положения в данной местности, население должно получать продукты за наличный расчет и в кредит, хотя бы более или менее долгосрочный, и лишь в случаях исключительных при наличности действительно бедственного положения – бесплатно». Средство – пункты питания и лавки[536]. Вдобавок, в начале июля А. А. Брусилов отпустил всех мобилизованных рабочих с позиционных и дорожных работ вместе с подводами для уборки урожая[537].
Переброска на Юго-Западный фронт масс войск сделала его наиболее многочисленным фронтом – в августе Юго-Западный фронт ежедневно получал 135 тыс. пуд муки, 17,5 тыс. крупы, 350 тыс. зернофуража, 100 тыс. сена и соломы, 15 тыс. риса, 8 тыс. пуд жиров[538]. Поэтому вновь встал вопрос о переключении ресурсов тыловых губерний, подчиненных фронту, на удовлетворение прежде всего его потребностей. 16 июля новый главный начальник снабжений Юго-Западного фронта Е. Ф. Эльснер вновь запретил вывоз хлеба, сена и соломы из пределов фронта. Помимо того, в Курской губернии он запретил скупку, вывоз и перегон скота и мяса, а Главное интендантское управление дало согласие, чтобы 12 южных губерний снабжали мясом и скотом лишь Юго-Западный фронт[539].
