— Мне и посоветовали. Я отказался и третий с четвертым курсом прошел на одной левой. Тогда не было еще оборудования, на котором вас смотрели, поэтому никто не мог мне сказать, идет ли вообще какой-то позитивный процесс. Восстановилось всё только перед выпуском. Тогда у нас была четырехлетняя программа. Я опасался, что придется размахивать своим древним примером, но рад, что не надо. И еще момент. Я смотрел запись ваших деяний. Вы правильно поступили, когда подключили вторую руку в последний момент. Это гораздо эффективней. И позволяет сберечь хотя бы одну руку, потому что две недоруки, хуже, чем одна полноценная.
— Не знал… Само получилось. Сначала я пытался понять, что с ней делать, потом увлекся и в самый последний момент вспомнил, что у меня еще и вторая рука есть.
— Да, я понял. Хорошо, что так. Всё, больше не задерживаю. Ждем вас теперь в пятницу, отдохните как следует.
Я было встал, но решил спросить еще одну вещь и сел обратно:
— А когда вы нас рассаживали, вы ожидали эту закладку с нашей стороны?
— Да. Основную — да. Правда, я надеялся, что ее возьмет Швед или Воробей, — ухмыльнулся Гелий. — Но вы всех обскакали.
— Хорошо, что мы ее вытащили.
— Безусловно. Могут еще выскочить дополнительные, но они будут помельче. Крупных больше не предвидится.
— Шикарно. Ладно, я тогда пошел.
Гелий кивнул мне и снова повернулся к окну. За окном хозслужбы устанавливали какую-то новую поливалку со спиральным выбросом воды. Пока что она поливала только самих работников. Те отскакивали, ругались и снова пытались наладить полив.
Я вышел на мягких лапах и двинулся в сторону ужина.
У входа в столовую я догнал Диму с Бакланом.
— Ну чего, Баклан, возьмешь курицу целиком? — хлопнул я его по плечу.
— Кто ж мне даст целую! — засмеялся Баклан. — Я бы согласился. Хорошо, что ты пришел. А всё думали, когда ты придешь, и решили, что тебя волки съели.
— Не дождетесь!
— Супер!
Я собрал себе на поднос столько еды, что обогнал даже Баклана.
— Уважаю! — оценил Баклан. — Чувствую, сегодня было непросто.
— Да, — согласился я. — Сложный день.
Некоторое время мы молча работали ножами и вилками, а потом Баклан не выдержал:
— Расскажешь?
— Да нечего особенно. Мы наконец-то выловили основную закладку. Угадай, кому она досталась?
— Тебе?
— Ага. И все бы ничего, если бы двое наших не взяли прямо передо мной отвлекающие закладки. Наши страхующие метнулись к ним и уже не могли их бросить. Поэтому мне какое-то время пришлось бороться самому. А потом надо было к доктору на контроль. В конце я еще зашел к Гелию, он думает, что мы всё самое страшное вытащили. Так что, думаю, мы всё на днях восстановим, Макс вернется и сможет подтвердить зачисление. Ну и не только он, конечно же.
— А что с Больешем произошло? Мы с его соседом виделись, сосед говорит, что тот как пришел, так намотал себе полотенце на голову и с тех пор лежит зубами к стенке. На ужин не пошел, представляешь.
— Он-то и словил дополнительную. Она убежала из рук соседа, не повезло. Тоже не сахар. Вся башка у него теперь фиолетовая. Он еще жаловался, что на завтра у него два свидания было, но доктор не впечатлился, только чем-то голову намазал и всё.
— Подожди, куда он собрался воткнуть два свидания? Вы же завтра снова работаете.
— А вот и нет. У нас выходной завтра и послезавтра.
— Что ж ты молчишь? — возмутился Дима.
— А что? — удивился я.
— Поехали на вейке кататься.
— Так вроде уже всё, купаться больше нельзя. Или как там по традиции?
— А мы не будем купаться. Мы поверху поедем.
— Да ладно! И типа в воду не попадем?
— Риц, не верю, что ты такой мерзлявый. Ты ж вырос здесь. Вода еще норм, и лето было жаркое, — не поверил Дима.
— Да не, я готов. А сколько стоит?
— Ща, я проверю. О! Как в прошлом году, по два талера с каждого.
— Ух!
— Ну а что ты хотел? Там катер, топливо, оборудование. Своего-то у нас нет.
— Нет… У меня и плавок нет, если честно.
— В чем же ты в своем море плавал?
— Тогда у меня были. Но когда на нашу мастерскую напал бульдозер…
— Я считаю, все твои истории должны так начинаться: когда на нашу мастерскую напал бульдозер. Это всё объясняет. Плавки можно прям там купить, стоит лавка на входе. Стоят гроши. Возьмешь себе модные, с черепахами.
— Вот только черепах мне и не хватало… Всё, всё, уговорил. Меня легко уговорить, заметил?
— Круть! Завтра тогда после завтрака двинем. Я по этому поводу даже закупки отложу.
— А что у тебя?
— Двойная свадьба. Я там помогаю ребятам.
— Денежки!
— Они, родимые. Не, ну правда, хорошие пары женятся. Мне надо копченых лещей купить. Двух. Всё остальное берем централизованно.
— А зачем лещи на свадьбе?
— Ну ты даешь! Это ж новый виток свадебного равенства. Ты ведь знаешь, что на свадьбе бросают букет? Невеста подбрасывает, незамужние подружки ловят, и кто поймал — тот следующий выходит замуж. Типа предсказание с указателем.
— Ага, видел. И что, работает?
— Говорят, да. Неважно. Некоторое время назад люди заметили, что нехорошо устраивать такое развлечение только для женщин. Мужчины тоже хотят.
— Подожди! Ты серьезно? И что, в мужчин бросают леща?
