Буддизм. Один учитель, много традиций полностью

У бодхичитты много преимуществ. Благодаря огромным любви и состраданию по отношению ко всем существам, бодхичитта придает уму огромную радость. Бодхичитта — особая причина полного пробуждения будды. Бодхисаттвы легко справляются с проблемами и трудностями и действуют так, чтобы принести мир в общество в целом. В начале нашей практики Дхармы бодхичитта вдохновляет нас на усердие, в середине побуждает нас устранять все загрязнения, а в конце позволяет нам осуществлять безграничные труды, чтобы принести живым существам благо и привести их к освобождению и полному пробуждению.

Бодхисаттвы должны выполнять все практики колесницы шравак и, в том числе, соблюдать этику пратимокши — воздерживаться от причиняющих вред действий на уровне тела и речи. Кроме того, они тренируются в нравственном поведении бодхисаттв, чтобы противостоять эгоцентризму. Бодхисаттвы стремятся достичь дхармакаи — всеведущего ума будды — для выполнения собственной цели: полного очищения очищенного ума. Они также желают обрести формное тело будды (рупакаю), чтобы исполнять цели других: проявляться в различных формах, чтобы вести других по пути.

Сострадание бодхисаттв настолько велико, что они остались бы в сансаре — если бы это принесло живым существам больше пользы. Тем не менее поскольку бодхисаттвы смогут принести живым существам больше пользы, когда устранят собственные загрязнения, они прилежно практикуют. Устранив все завесы омрачений, бодхисаттвы не пребывают в нирване: у них есть ментальное тело, и они проявляют различные формы, которые приносят существам в сансаре пользу и накапливают заслуги. Бодхисаттвы продолжают практиковать, пока не устранят все завесы и не достигнут полного пробуждения.

Шантаракшита в «Мадхьямакаланкаре» объясняет последовательность медитации для двух типов устремляющихся бодхисаттв. Люди со скромными способностями сначала развивают отречение, а затем — сострадание ко всем живым существам. Они восхищаются бодхичиттой, поскольку обладают мощной уверенностью относительно тех, кто ей учит. Их стремление достичь пробуждения проистекает из пылкой веры в Три Драгоценности. Такие практикующие зарождают бодхичитту, практикуют совершенства, а затем развивают прозрение в пустотность.

Практикующие бодхисаттвы с мощными способностями не готовы просто поверить в возможность пробуждения в силу того, что так говорят Три Драгоценности и их духовные учителя. Они изучают вопрос о том, можно ли устранить неведение. Осознав, что неведение может преодолеть постигающая пустотность мудрость, они стремятся получить правильное понимание пустотности, основанное как минимум на умозаключениях, и так порождают уверенность в том, что пробуждение возможно. На основе этого они зарождают бодхичитту. Вслед за этим они практикуют совершенства с бодхичиттой, проникнутой мудростью, что постигает пустотность.

Одновременное развитие сострадания и мудрости очень полезно. По мере того как наше понимание пустотности возрастает, растет и наше сострадание к живым существам, что находятся под влиянием неведения. Тем временем сострадание временно противодействует многим из наиболее грубых омрачений, облегчая медитацию на пустотности.

Существуют два метода тренировки ума в бодхичитте: (1) семичастные наставления по причинам и следствиям и (2) уравнивание и замена себя и других. Главная причина бодхичитты в обоих методах — великое сострадание. Оно, в свою очередь, зависит от способности воспринимать других как радующих и достойных любви и способности ощущать глубину их дуккхи.

Чтобы испытывать беспристрастные любовь и сострадание ко всем существам, сначала мы должны освободиться от грубой привязанности к друзьям и родственникам, безразличия к незнакомцам и ненависти к врагам. Как упоминалось выше, этого можно достичь посредством развития равностности.

Чтобы развить равностность, мы размышляем о том, что наше разделение людей на друзей, врагов и незнакомцев неустойчиво и очень субъективно. Если кто-то сегодня с нами мил, мы считаем его другом и порождаем привязанность; но если завтра этот человек начнет нас критиковать, приязнь исчезнет, и он превратиться во врага. Когда мы теряем связь с другом или врагом, этот человек становится для нас незнакомцем. Между тем, сегодняшние незнакомцы в будущем могут стать друзьями или врагами; а если мы встретим врага в новой ситуации, он может превратиться в друга. Во всех этих взаимоотношениях нет ничего неизменного. В безначальной сансаре мы все бесчисленное множество раз были друг для друга друзьями, врагами и незнакомцами — а потому нет причин относиться к какому-либо существу предвзято (в хорошем или плохом смысле).