Все столы укрыли расписными яркими скатертями и сотней разносортных блюд, от которых рябило в глазах. Тут и рёбрышки трёх видов, и рагу овощное-мясное, вместе и отдельно, и фрукты-овощи, и что-то вроде курицы, но с шестью ногами, и с десяток разного вида кувшинов (с разными же наполнениями, подозреваю), и хлеба′ шести видов, и несколько блюд с рыбой, сырами, и какие-то совсем уж непонятные блюда, вроде мисок с чёрной, или зелёной пузырящейся жижей,... чёрт, а как жрать-то оказывается хочется! Будто сутки не ел. Хотя это не повод, жижу всё-таки не буду. Отложим знакомство до лучших времён.
А вот кстати, пока без дела стоим и за стол не пускают, стоит распросить мага, пожалуй.
– Минадас, вопрос возник, – я подёргал стоявшего рядом желтоглазого за рукав, не отрывая взгляда от мельтешивших вокруг столов десятка слуг, официантов и прочей обслуги, готовившей для нас места. – Помню, что у вас тут единицей времени унги, в полторы наших меры. А день полной длинны, от одной точки до той же, но завтра, как зовётся? Есть такое слово?
– Туан, – вяло бросил маг, столь же увлечённый приготовлениями и масштабом предстоящего пиршества.
– А туан — это сколько унгов? – бесцеремонно влез в наш разговор Серый. И как вот его высокородным людям показывать, а? А люди-то идут! Хотя вопросы дельные задаёт, я и сам к тому вёл.
– Унг, – скривившись, поправил его маг. – Точной меры нет, капитаны. Наши учёные и маги ещё спорят. В среднем же порядка двадцати пяти унг… с половиной.
– Ну, Игоряш, не велика разница. Всё как у нас, в целом! – радостно завёл админ, засияв широкой улыбкой.
А я не смог выдавить из себя даже кривой ухмылки, только взгляд отвёл. Заметил, как изменился друг — борода-то на место так и не отросла, до жути жиденькая на щеках стала и торчит клоками во все стороны. Теперь он ещё больше соответствует подпольному прозвищу, которое ему мои коллеги из бухгалтерии дали, «Страх господень Серёженька».
– А ты перемножил? – резонно уточнил я, стараясь не смотреть на ожоги. Блин, а взамен этого вперил взгляд вместо его морды в прогоревшие доски, которые тогда же, в восемнадцатом веке...
– А на сколько? – наигранно наивно уточнил друг, как будто бы не заметив моих телодвижений.
– На полтора, Серёж, как длинна их часа.
– А, это двадцать пять плюс половина от двадцати пяти… тридцать семь?
– Угу, с полтиной. Или тридцать восемь — их учёные ещё не определились.
– Епонажмать… – ошалело пробасил Боро… админ, некогда известный как Борода и отступил к перилам, облокотившись на них.
– Вот-вот. Обычно я протестую против твоих вечных матюков, Серёг, но тут — лучше и не скажешь. Зато картинка начинает складываться: понятно теперь, почему меня по десять раз за день спать вырубает, хоть и сплю вроде вдоволь да почему вечно так жрать хочется, зверски прям. Всё предельно просто — тут сутки больше чем в полтора раза длиннее. Заодно это подтверждает, что мы…
– Больше не в Канзасе энимор, Тоторка. Однозначно, б…ь, – мрачно закончил за меня Серёга, обращаясь к стене над лестницей.
Я промолчал, добавить мне было нечего. Да и что тут ещё скажешь?
Впрочем, будто ещё оставался хоть один шанс, что мы в какой-то сильно незнакомой провинции Земли? Как же! Впрочем, надежда в глубине души всё равно была, хоть я уже и принял наше новое положение. Но надежда была, да… Правда у меня лично — всё больше на «белочку». Да и она отпала окончательно, стоило мне только перелом получить.
Пока мы предавались мыслям разной степени мрачности слуги успели закончить с расстановкой блюд, приборов, стульев и прочей мути и даже рассадили наших новых друзей и прочих гостей по положенным местам, оставив свободными лишь два стула. Впрочем, наши с Серёгой места были и без того очевидны: нам предстояло сесть у стыка столов, под самым носом у важных персон.
Заняв места мы едва не накинулись на еду, однако же прочие собравшиеся (помимо нашего отряда за длинный стол подсело ещё человек восемнадцать-двадцать) просто сидели, выжидая — ждали дорогих и важных гостей, очевидно, которым и в этом мире не к чести приходить вовремя.
С первого этажа раздался мощный грохот, вынудивший посуду на столах запеть хрустальным звоном, а всех вояк потянуться к мечам. И я-то, дурака кусок, дёрнулся к ножнам! А мечей ни у кого нет, все в комнатах оставили! Твою-то…
Впрочем, переполоха не случилось, все столь же быстро расслабились и закивали, дескать: «свершилось, наконец-то свершилось!». Того и ждали, видимо, или я окончательно нихрена не понимаю.
Все собравшиеся как по команде повскакивали со своих мест и споро направились к лестнице, встречать. Все, кроме нашей Иншадаррской компашки — Дарен меня даже за рукав поймал, останавливая. Нам не по чину их встречать? Обидно. Я-то надеялся, что наше звание хоть чего-то да стоит и нам позволят взглянуть на важных птиц поближе, а не самим выступать для них развлекательными обезьянками.
