Но сейчас, несмотря на то что ему удалось выжить в недавней переделке, смеяться и веселиться совсем не хотелось. Переживший в далеком детстве войну в своем родном городе и следуя национальным традициям, он рос и воспитывался в семье, как и подобает мужчине, – воином. Пройдя непростой и нервный путь от прораба на стройке до хозяина собственной строительной компании, постепенно превратившись в успешного и известного в Грозном предпринимателя, Джамалдин со своими друзьями детства Умаром и Магомедом, следуя заветам предков, регулярно испытывали себя на прочность в различных мужских состязаниях и проводили немало времени в спортзале и на полигоне.
Неудивительно, что с началом СВО, движимые патриотическими чувствами и духом воина, все трое, оставив на потом сытую и спокойную гражданскую жизнь, в первых рядах отправились на фронт защищать Родину.
Поистине героическое подразделение, в которое им довелось попасть, по составу было интернациональным и выполняло различные, в том числе не самые банальные и простые боевые задачи. Позывной Джамалдину долго придумывать не пришлось. Закрепившаяся еще с детства дворовая кличка Джамбо вполне подходила на новую роль. Тем более что к ней он давно привык и уже воспринимал как свое второе имя.
Разношерстным коллективом этот позывной был принят с воодушевлением. Бойцы хорошо знали международный знак «Джамбо»[31] и при появлении Джамалдина складывая пальцы в известную комбинацию, то и дело в шутку демонстрировали движение, имитирующее употребление горячительного напитка.
С позывными Умара и Магомеда все получилось просто и незатейливо. Их детские клички, наверное, в силу национальной особенности, коллективом как-то сразу были отвергнуты. Зато на смену им, неведомо откуда, тут же появились понятные всем позывные – Ума и Мага.
С самого начала все трое друзей старались держаться вместе. Джамбо, с детства занимавший в их трио позицию лидера, и теперь выступал в роли старшего в этом миниатюрном воинском коллективе, который помимо земляков был усилен еще четырьмя бойцами, старшему из которых уже было хорошо за сорок. Вероятно, в связи с этим в торжественной обстановке казарменного барака представителю старшего поколения был присвоен позывной Олд.
Это был спокойный, ни во что особо не вмешивающийся худощавый, неразговорчивый мужчина. На лидерские позиции он не претендовал, хотя, очевидно, вследствие возраста пользовался определенным уважением среди тех, с кем теперь свела его судьба.
Трое остальных, Смарт, Спартак и Родя, прибывшие из разных регионов страны, ничем выдающимся не отличались. Не имея в прошлом никакого боевого опыта, постигая военную науку, как говорится, эмпирическим путем на собственной шкуре, они покорно приняли доминирование более опытных и подготовленных чеченских коллег. Уже на первых тактических занятиях на полигоне совершенно естественным путем в их маленькой команде сформировалась эта иерархия. И никем не назначенный на должность Джамбо как бы сам собой принял на себя обязанности предводителя этого небольшого отделения.
Командир батальона, со стороны наблюдавший этот процесс самоорганизации, мудро и предусмотрительно вмешиваться в него не стал, дав самому коллективу вырастить своего лидера. И только убедившись в том, что такое положение вещей не вызывает внутренних противоречий и устраивает всех, он постепенно стал требовать от Джамбо исполнения передаваемых через него отделению приказов и соблюдения правил и принципов воинской дисциплины и боевого уклада.
В общем, к тому времени, когда тренировочно-подготовительный процесс был завершен, вопрос выбора кандидатуры на роль командира отделения и официального назначения его на должность приобрел исключительно формальный характер. Несомненно, комбат прекрасно видел, что со временем эти трое земляков перешли на превалирующие позиции в коллективе, постепенно подминая под себя остальных. Но, полагаясь на то, что взрослые люди сами способны урегулировать свои отношения, периодически отвечал всем, кто указывал ему на замеченную дискриминацию: «Я им не нянька! Да тут и не детский сад. Все – мальчики взрослые. Сами между собой разберутся».
Безусловно, не давая особо перегибать палку и периодически аккуратно осаживая Джамбо с его друзьями, он все же старался минимально влезать в их внутренние отношения.
Во многом подобная позиция не была лишена определенной логики и здравого смысла. Боевое подразделение, даже на уровне отделения, это самодостаточная автономная единица. И грош ей цена, если она будет нежизнеспособна без постоянного контроля, вмешательства и регулирования со стороны внешнего командования. К тому же у комбата в подчинении подобных отделений было больше десятка, а младших офицеров катастрофически не хватало.
