– Вот с вами приятно беседу вести. Вы люди в возрасте, на всё с высоты прожитых лет смотрите, и на каждое событие своё мнение имеете. Мы всю улицу прошли, а только здесь действительно гостеприимных людей встретили. И что удивительно: чем младше человек, тем скорее в нём озлобленность против всего русского встречаешь. Но это из тех, кого на месте застать удаётся. На этой улице вообще молодёжь только у вас да ещё в трёх адресах встретили. Да и не только молодых – среднего возраста мужиков нет! Неужели все с законом не в ладах?
Один из стариков отхлебнул чай и, внимательно глядя выцветшими глазами, пояснил:
– Не все бандиты. Многие с вами встречаться из страха не хотят. Здесь бывало такое: хватают невиновного человека, а потом держат, пока деньги за него не заплатят. В прошлом году при одной из зачисток случайно один из активных вахаббистов попался. Он у них командиром отряда считается. Так его бандиты сразу выкупили, и часа он на этом фильтре не пробыл. А мирных жителей двое суток там держали. Кто победнее и деньги за кого дольше собирали – тех позднее всех выпустили. Все избитые и голодные… А за что всё это, кому выгодно такое? Боевики свободно расхаживают, а простые люди места себе не находят!
– Правильно! – поддержал брата второй чеченец – Взять хотя бы ту банду, что в последнее время образовалась. Никому жить спокойно не дают. Что ни ночь – по всему селу открыто разъезжают, в воздух стреляют, а то и над головой очередь дадут. Вот недавно один корову продал, так к нему на следующую ночь пришли. Он деньги не хотел им давать сначала, так они над головой его выстрелили, а вторую очередь в него пригрозили дать. Забрали все деньги и дальше поехали. Вот так и приходится жить: днём от ваших люди бегают, а ночью – от своих.
– Так ведь свои же как раз вам и известны! – возразил опер – Неужели мужчин нет, желающих в свою очередь к ним в гости нагрянуть?
Только что говоривший старик отвёл глаза, но за него тут же ответил второй чеченец.
– Они в масках приходят. С открытыми лицами только те, кто не из местных. Русский среди них есть ещё, тому тоже скрываться незачем. Этот пулемёт на плече таскает всегда. Здоровый такой парень, высокий.
– Русский? – изобразив удивление, переспросил Глеб.
– Да, русский. Он ислам принял и теперь заместителем командира у них. Они через ночь в село приезжают. Могут и на день остаться – ничего не страшно им.
– С этими понятно, но ведь кроме них и другие банды в селе есть. Вот, к примеру, братья Дугушевы где-то рядом живут. Говорили, что как раз напротив вас. Мы вон те переулки, что по левую сторону от улицы расположены, не проверяли ещё.
Чеченцы переглянулись и один из них одобрительно кивнул головой.
– В нужном направлении ищешь…
Они просидели за столом ещё минут пять, когда неспешная беседа их была прервана вбежавшим в комнату внуком. Паренёк остановился у порога и, стараясь не выказывать суеты, негромко сообщил о чём-то хозяевам. Те обеспокоенно перебросились парой фраз и старший повернулся к гостям:
– Внук говорит, что ваши уже улицу прошли и к окраине вышли. Не потеряли они вас?
Такой исход для Велиева стал неожиданностью. Его в первую очередь удручало не то, что его и Резвана просто позабыли. Прежде всего он представил, как на глазах у всей улицы им двоим придётся выходить из дома стариков, наглядно подтверждая то, что задержались они здесь вовсе не из-за формальной проверки документов. Сам вид выходившей из ворот домовладения отставшей от своих двоицы говорил о том, что в этом доме федералы задержались по инициативе самих хозяев, что конечно же среди местных мирян не приветствовалось.
– Подвели мы вас! – с сожалением заметил майор, но чеченцы поспешили успокоить милиционера и его молчаливого спутника.
– Нет, нам никто и слова не скажет – есть кому рты позакрывать. За вас беспокоимся – вдвоём ведь своих догонять придётся, а здесь так ходить опасно!
Гости поднялись из-за стола и поблагодарили хозяев за угощение. Их проводили до ворот, и они пошли по опустевшей улице, стараясь как можно реже оглядываться назад.
Они достигли своих через десять минут. Завидев их, оба подполковника облегчённо вздохнули. Стоя несколько в стороне от разбредшихся вокруг застывших бэтээров солдат и милиционеров, они подождали, пока к ним подошли объявившиеся подчинённые.
– Ты куда подевался, Магомедов! – принялся отчитывать старшего сержанта комбат.
– Это из-за меня он задержался! – поспешил заявить Велиев, прекрасно осознавая, что причиной задержки является именно он, а не добровольно оставшийся в его прикрытии солдат.
Конечно же, всё это понимал и Корнеев. Бросив ещё пару укоризненных фраз, он замолчал, слушая как Глеб объясняется со своим начальником. Пещерин не стал сыпать упрёками. Он уточнил содержание состоявшегося с чеченцами разговора и лишь недовольно пробурчал:
– Всё понятно. Но ты только не отставай больше, а то в следующий раз всё может иначе закончиться.
