Захватив карту, майор по заполненному военными коридору прошёл в столовую. Пробившись сквозь тесно сомкнутую у входа толпу, он оказался перед столом с расстеленными на нём ставшими уже привычными подобиями карт. За столом сидел знакомый по прошлой зачистке генерал-лейтенант, рядом расположился полковник внутренних войск, с которым Глеб беседовал четыре часа назад. По обеим сторонам от них теснились командиры различных служб и подразделений – практически всю комнату занимали десятка три сидящих на стульях и просто стоявших военнослужащих. Взгляды присутствующих обратились к вошедшему. Опер решил представиться, но генерал прервал его.
– Я вас помню. Доложите мне, какими сведениями располагаете о боевиках в селе.
Глядя в глаза милиционеру, он изучающе остановил свой колючий взгляд. Армейскому генералу давно надоела беспомощность милиционеров, ведь никаких реальных результатов от них до сих пор не было. Впрочем, желания работать тоже. До сих пор военные их бездействие терпели, но с объявлением правительства о вступлении контртеррористической операции в другую фазу, произошла передача функций управления ею в руки милиционеров. Последние, разумеется, известие это восприняли совершенно серьёзно и в итоге и без того не безоблачные отношения в вопросах взаимодействия между силовыми структурами обострились. Бесполезность милиции в Чечне оставалась не очевидной только для самого милицейского начальства, что только накапливало раздражение у других силовиков.
Ждать генералу не пришлось. Велиев в третий раз за последние часы повторил почти заученный наизусть доклад о селе. Подробнее остановился на информации о дислоцировавшихся в нём отрядов с указанием их количества и фамилии их главарей. С каждым словом Глеба настрой армейца менялся. Лицо генерала заметно обмякло, и в глазах появилась улыбка.
– Хорошо. А где непосредственно проживают боевики, показать сможете?
Генерал кивнул на разосланную перед ним карту. Майор подошёл к столу и склонился над ней. К его удивлению, на схематично нанесённых улицах села никаких наименований тоже не было. Опер начал показывать известные районы проживания боевиков и их главарей, но вскоре понял, что начинает путаться в безымянной паутине улиц развёрнутой «вверх ногами» к нему карты.
– Разрешите докладывать по своей? – обратился он к спокойно слушающему генералу.
Получив разрешение, он развернул поверх карты военных свою. Всё встало на свои места и доклад пошёл увереннее. Глеб бойко указывал на отмеченные уже адреса эмиров и предполагаемые районы компактного проживания бандитов. Через минуту доклад был окончен. Признаться, похвастаться было нечем: сведения оказались скудны и во многом расплывчаты. Но когда Глеб оторвал взгляд от карты, то увидел широкую улыбку на лице генерала. Заметно было, что докладом он остался доволен.
– Нашим специалистам всё это докладывали? – кивнул старший командир в сторону недавних собеседников Велиева.
Получив утвердительный ответ, он наконец отпустил опера и перешёл к обсуждению других вопросов.
– Ну что там, чего они хотели? – встретил вопросом вернувшегося Велиева Клетченко.
Помещение было полупустым Часть ребят курило на улице, часть развалилась на кроватях и, несмотря на раннее ещё время, отходила ко сну.
– Боевиками в селе интересовались. Наплёл им с три короба всякой хреновины… – успокоил его любопытство опер.
