Комбат не стал дослушивать восклицания капитана. Состояние техники ему было известно. Как и то, что новой ждать неоткуда. Вспомнив о командире батареи, он обернулся, но Тропинина рядом уже не было. Неспешными усталыми шагами артиллерист уже подходил к своим миномётам.
Результатов ночных огневых ударов долго ждать не пришлось. Два дня подряд окрестные сёла хоронили уничтоженных бандитов. До полусотни пик обозначили места свежих захоронений на кладбищах. Пока без флажков. Часть из них были вынесены за заборы, но большинство захоронений – местных.
Известие о проведённой операции вышестоящее командование восприняло крайне раздражённо. Тропинин услышал в свой адрес полный набор используемых высшими чинами выражений. Много нового о себе узнал так же и комбат:
– Ты сколько будешь инструкцию нарушать, Балакирев! – услышал он наконец первые связные слова после минуты вступительных фраз – Что, приказ о запрещении любых перемещений ночью для тебя не писан? Один раз раненными отделался, так думаешь всегда так будет? Надоело батальоном командовать, майор? Почему на поводу у этого алкоголика пошёл?!
– Товарищ полковник, – попытался оправдаться командир батальона – ведь не в пустую сработали. С утра похоронные процессии к кладбищам тянутся…
– И что с того! – перебили его нетерпеливо – Ты трупы их с оружием собрал? Или может быть сохранность обстановки до прибытия следственной группы обеспечил? Чем доказывать будешь, что это боевики, а не мирные жители? Тебе повезёт, майор, если на вас с этим алкоголиком местные в прокуратуру не подадут!
– Это какие же мирные? – не в силах больше сдерживаться, вспылил Балакирев – Что же они тогда ночью в лесу с оружием делали? Это как объяснят?
Из трубки снова послышались трёхэтажные маты.
– Чеченцы найдут как объяснить! – зашумел сиплый голос – А тебя с Тропининым тогда и спрашивать не будет никто. Отвечать по полной придётся. Для начала – на каком основании вы вообще стрельбу открыли! Вам что, плановых целей мало? Как за ночь весь боекомплект выпустить умудрились? Это ты с алкашом своим как объяснишь?…
Последний упрёк ввёл офицеров в замешательство. Действительно, за ночь в двух огневых налётах был израсходован почти весь боекомплект. Когда возвратившийся на батарею Тропинин подсчитал оставшиеся мины, то их в наличии оказалось всего восемь. На запрос о разрешении выехать с территории базы на дивизионный склад командование ответило категорическим отказом, объяснив его необходимостью выждать, когда улягутся связанные с похоронами своих близких страсти среди чеченцев. Всякое движение до особого распоряжения запретили. Подходили к концу запасы продовольствия, требовала запасных частей «дышащая на ладан» техника, не давало покоя фактическое отсутствие боеприпасов к миномётам. Но в дивизии молчали. К концу второго дня чеченцы похоронили всех своих погибших. Вскоре через пропускной пункт потянулась вереница машин. Почти в каждой из них находились водители или их пассажиры, интересующиеся у стоявших на КПП солдат подробностями последней операции. Губы их излучали широкие дружелюбные улыбки, речи источали доброжелательность и радость по случаю гибели бандитов, но в глазах у всех проскальзывала загнанная внутрь чёрная злоба. Кто-то из бойцов молча отходил, не поддерживая попытки чеченцев завязать разговор, другие отделывались общими фразами, но всё же желающих поговорить находилось гораздо больше.
– Правильно вы им «жару дали» той ночью! – рассыпался в похвалах улыбающийся водитель белой «девятки». Всем видом своим он показывал расположение к подошедшему для проверки документов старослужащему бойцу. Подержав перед глазами развёрнутое водительское удостоверение и доверенность на машину, солдат возвратил оба документа владельцу. Как обычно, вся проверка ограничилась сверкой регистрационных номеров. Впрочем, большего от них никто и не требовал. Бросив взгляд на туго набитые тюки в предупредительно открытом водителем багажнике, солдат коротко кивнул.
– Замучили нас самих эти боевики. Всё село довольно, что ваши с ними разделались – продолжал радоваться чеченец – А что за оружие такое сверхточное по ним применили? Наверное, новые разработки секретные?
– Какие там разработки! – важно процедил боец. – Это наши миномётчики полночи палили: всё, что было у них, повыстреливали. Грохот такой стоял, что мы потом всё утро как очумелые ходили…
За год лица военнослужащих развёрнутого здесь ротного опорного пункта бойцу изрядно наскучили, а дежурство на КПП всегда обещало возможность пообщаться со свежим человеком. Проезжающие мимо чеченцы вели себя вполне благодушно и болтовня с ними предоставляла хоть какую-то отдушину.
– Не может быть, чтобы из миномётов только и стреляли! – не веря, рассмеялся водитель – Скорее всего с воздуха какой-то самолёт с ночной аппаратурой обстреливал. Ну не со спутника же вам на миномёты все сведения о боевиках передавали!
