На этой довольно грустной ноте мы покидаем мой кабинет вместе. Я закрываю кабинет на ключ, и Платон настойчиво берёт меня за руку. Так и ведёт по коридору до лифта, за закрывшимися дверями кабины не отпускает мою руку и это так волнительно. Теперь точно все, кто ещё не знал, узнают, что мы вместе.
Садимся в машину и, прежде чем тронуться, Платон звонит маме.
– Ставь чайник, мы скоро будем, – предупреждает он.
Я ещё раз глубоко вздыхаю и пытаюсь успокоиться, как Платон, выезжающий с парковки, отвлекает меня от этого своим вопросом:
– А что за Аксёнов? Был у тебя сегодня до обеда, – уточняет он, словно ко мне толпа народа ходит, и я могу не вспомнить, кто у меня был до, а кто после обеда.
– А ты откуда знаешь? – отвечаю вопросом на вопрос и пристально смотрю на Платона, чтобы видеть его реакцию.
Но он не хмурится, нисколько не злится, лицо спокойное, взгляд сосредоточен на дороге.
– Я первый спросил, – усмехается он.
– Ну, ты точно хочешь об этом?
– Да, а что? От Белова гонец? – уверенно спрашивает Платон.
– Да, друг его Стас.
– И что ему было нужно?
– Он приходил и говорил, что я должна! Я блин должна ему! Давил на жалость. Мама у него в больнице, а бедненький Кирилл в гипсе и без моей зарплаты не вывозит! Но я сказала ему всё и что замуж выхожу тоже, – торопливо рассказываю, чтобы Платон зря не нервничал, хотя...
Маркелов спокоен, а значит, и во мне уверен.
– Что, так прям и сказал про зарплату? – Платон бросает на меня изумлённый взгляд, на секунду отвлёкшись на дорогу.
– Ну нет. Стас такого не говорил, но я-то знаю, что движет Беловым. И знаешь, что страшно? А я ведь всё это и раньше понимала. Просто не знаю, где были мои мозги и чем я вообще думала. Ну такой дурой была, если бы не твои билеты...
– Не было бы счастья? – с довольной улыбкой спрашивает Платон и я молча киваю.
На этом разговоры про Белова и его компанию заканчиваются. Больше мы о нём не вспоминаем.
Спустя около получаса пути мы подъезжаем к шикарному частному дому. Откатные ворота приветливо пропускают нас во двор, а на крыльце встречает кот, но по размерам как целая немаленькая собака.
– Вот это зверюга! – восторгаюсь я габаритами серебристого представителя семейства кошачьих.
Он нас видит и смерив своим царским взглядом отворачивается. Не кот, а тонна императорского величия.
– Это Пан Кит, – со смехом представляет Платон и добавляет, – Есть ещё Каналья Виннипуховна, она больше Кита раза в полтора!
– Про Виннипуховну ещё понятно, но почему Каналья? – спрашиваю я и со смехом выбираюсь из машины, ступаю на дорогу, отсыпанную белой гранитной крошкой.
– Ой, это папа расскажет точнее, но там что-то со свержением царя с престола связанно. Её, когда в дом принесли, она была с голову Кита, но уже тогда считала себя главной и наводила свои порядки.
– Не терпится посмотреть на эту властную кошку.
– Привет! – на крыльцо дома выходит мама Платона и приветственно машет нам рукой.
– Здравствуйте, – здороваюсь я и скромно стою на месте в ожидании что Платон меня прихватит, как и сумку из багажника.
– Папа дома?
– Уехал, там что-то с рыбой. То ли партия плохая, то ли не довезли. Он так быстро уехал, что я не разобралась. Проходите в дом. Голодные? У меня ужин ещё не готов.
– Ничего, мы потерпим, – отвечает Платон и как я хотела, берёт меня под руку, чтобы завести в дом.
– Я могу помочь с готовкой, если нужно, – предлагаю Арине Дмитриевне, встретившись с ней взглядами.
– Всё уже готовится, осталось дождаться. Лучше похвастайся колечком, – просит мама Платона и с радостной улыбкой протягивает мне ладонь.
Кладу руку на её ладонь, понимая, что родители уже знают про предложение. От этого сразу становится легко, а то при мысли, что нам с Платоном ещё нужно будет сообщать про скорую свадьбу, я как-то начинала нервничать.
Наверное, это скорей всего из-за ожидаемых вопросов про наши отношения. Про то, как давно мы встречаемся и прочее то, о чём мне не хочется говорить.
– Какое красивое, – с искренней радостью Арина Дмитриевна оценивает подарок Платона и одобрительно поглядывает на сына.
– Свадьба на конец весны, начало лета. По погоде посмотрим, – тут же отвечает Платон, на не заданный вопрос своей мамы.
– По погоде? – смеётся Арина Дмитриевна. – Сынок, там заявление за месяц до даты подают, с погодой, как повезёт. У нас, например, в день свадьбы по прогнозу обещали плюс десять и дождь. Август месяц! И весь день до этого шёл проливной дождь. Я такая расстроенная была. У меня ведь обуви не было, босоножки открытые. Поверх платья плащ? Некрасиво, он ведь золотистый, а не белый.
– Надо было пальто надеть. То самое, белое, или от него к свадьбе запах рыбный не выветрился? – посмеялся Платон.
– Какое пальто летом? Я не дорассказала. Так вот, по прогнозу ожидалась гадкая, совсем не свадебная погода, а выдался солнечный и жаркий день. Ко времени нашей регистрации даже лужи подсохли и я в машину смогла сесть, не запачкав подол платья! – порадовалась Арина Дмитриевна и оставила нас в просторной прихожей.
Платон помолчал немного, что-то обдумывая, а потом спросил:
