– Разве ты не должна сочетаться с Васенькой? – осторожно интересуюсь я.
– Нет. Я подружка невесты, Кольцов явно будет другом жениха, при чём тут мой Васенька? – возмущённо переспрашивает Дарья.
– Ну да, действительно, – соглашаюсь я, не упустив мысли, что о Васеньке я в последнее время только слышу.
Что-то его не видно совсем, зато Дарья печётся о внешнем виде ненавистного ей Ярика.
Дашка уходит, даже нет, не так. Совсем не так. Моя розовощёкая подруга буквально выпархивает из моего кабинета на крыльях счастья. А мой порыв начать работать прерывается звонком от охраны.
– Ульяна Сергеевна, это с проходной вас беспокоят. Тут к вам посетитель рвётся по личному вопросу. Платон Максимович распорядился без звонка никого не пропускать, – предупреждает охранник, не особо-то бдительный.
Это отголоски того нападения на меня, которое он благополучно прошляпил. Кофе в автоматах для сотрудников у нас бесплатные, а вот на охране компания явно экономит.
– Я никого не жду, что за посетитель? Паспортные данные посмотрите, – прошу нехотя, если это кто-то мне незнакомый, то я даже не знаю, хочу ли я с ним общаться, да ещё и по личному вопросу.
– Аксёнов Станислав Андреевич, – диктует мне охранник паспортные данные и у меня в желудке словно заводится жаба.
Такая мерзкая, огромная, желудочная жаба, причиняющая физический дискомфорт от услышанного имени.
– Ладно, пропустите, – соглашаюсь я, несмотря на жабу.
Аксёнов Стас, друг Кирилла. В принципе, мне он ничего плохого не сделал, вся неприязнь к нему связана исключительно из-за его дружбы с Беловым.
Я соглашаюсь на общение со Стасом только потому, что во мне теплится слабенькая надежда через него донести до бывшего, что мы больше никогда вместе не будем.
Стас появляется в моём кабинете лишь спустя десять минут и сразу выдаёт причину своей задержки.
– Заблудился, ну у вас тут и хоромы, – смеётся он, бодро идёт к свободному стулу, на котором недавно сидела Дарья.
– Здравствуй, Стас. Удивил визитом. Что тебе от меня нужно? – вздыхаю я, ничуть не скрывая что беседа с ним не из самых приятных для меня.
– Удивил? Да брось, ты же прекрасно понимаешь, что меня Кир попросил, – улыбается Стас, словно это шутка какая-то.
– О чём попросил? – спрашиваю я и со скучающим выражением лица подпираю голову рукой.
– Кончай дуться, возвращайся. Он без тебя совсем загибается, с гипсом этим, да и мать у него ещё в больницу загремела. Уля, ты просто не имеешь права сейчас его оставлять в таком состоянии. Понимаешь, что ему плохо?
– Хм. Ему плохо, значит, мне так же должно быть плохо?
– Не начинай, а? – морщится Стас, креня голову набок, а во взгляде веселье.
Да, Аксёнов мне ничего плохого не сделал, но ведёт себя так, словно это шутка. Весело ему меня уговаривать вернуться к его никудышному другу.
Сажусь прямо и в защитном жесте складываю руки на груди.
– Я хочу закончить раз и навсегда. И потом, когда я от него уходила, он был в неплохом состоянии.
– Поругались, подулась и хватит. У него мать болеет, сам в гипсе, – уже суровее повторяет Стас.
– Бывает. Я-то теперь при чём?
– Ты его девушка, он любит тебя.
– Я не его девушка – это раз, и он меня не любит – это два. Просто у меня недавно был аванс, скоро зарплата. Вот Кирилл и активизировался, – высказываю свои умные мысли, которые посетили меня так поздно, но умалчиваю о причинах расставания.
Так стало всё равно, что даже желудочная жаба отступила. Не хочу ничего доказывать и объяснять, главное – донести, что воздушный шарик скинул тянущий его ко дну балласт.
– Так это всё из-за денег? – ухмыляется Стас.
– Думай как хочешь, а другу своему передай, чтобы забыл обо мне. Я вот, замуж выхожу, – сообщаю я, скучающе демонстрируя кольцо.
– Так, значит, это правда?
– Кривда, – передразниваю по-детски.
– На бабки начальничка своего повелась? – спрашивает Стас, нехорошо оскалившись.
– Нет, что ты. На сосиски с печёной картошкой, – искренне улыбаюсь в ответ, вздыхая по той самой картошке и исходящему от неё аромату костра. – Иди, Стас. Лошадка устала тянуть этот воз.
Аксёнов смотрит на меня, не моргая секунд десять и резко встаёт. Так резко, что я вздрагиваю и вжимаюсь спиной в спинку стула, опасаясь нападения. Но ничего такого не происходит. Стас отходит от моего стола к дверям и перед выходом пафосно заявляет:
– Про закон бумеранга ничего не слышала? Всё возвращается. Помни об этом.
Я держалась до последнего, не хотела реагировать, но по рукам всё же пробегает волна мурашек, когда за Аксёновым уже закрывается дверь. И в свою очередь, из-за этого меня ещё раз передёргивает с новой волной мурашек.
Не даю себе ни минуты на мысли, сразу берусь за работу, даже не ухожу на обед. К трём часам дня у меня уже всё сделано, и я берусь протирать уже отключённый ноутбук, одновременно заглядывая в шкаф.
Всюду идеальный порядок и заняться-то нечем. Дело находится внезапно, просто выстреливает вместе с мыслью, что скоро зарплата, а я едва ли потратила аванс. Дашке только долг отдала и несколько раз успела пообедать в нашей столовой.
Я снова включаю ноутбук, дожидаюсь загрузки и вбиваю в поиск свадебные платья.
