– Майне Гелибт! – Хоть хозяин леса и брал частные уроки немецкого языка с преподавателем, произношение у него пока явно хромало, – Гелибт! – Повторила она, – А не сходить ли нам с тобой погулять на Китайскую пустынь? Это куда я тебе вчера обещал сводить. Я отпросился с работы и сегодня совсем свободен.
«Какая разница куда идти?! Так хочется центр Киева посмотреть, но «Китайская пустынь» так «Китайская пустынь».
– Кстати, – чувствуя ответственность момента, Вальдемар даже перестал перекатывать во рту очередной пищевой комок, – ты знаешь, почему она называется именно «Китайской»?
Ой, как стыдно опять отвечать «Нет»! Ну, прямо снова как греки двадцать восьмого октября 1940 года. Так там Бенито Муссолини был, а тут совсем другое. «Хоть бы бегло перед отъездом просмотрела в интернете самые исторически значимые места Киева. Нормальные люди, когда куда-то собираются так и делают.»
– Охи! – Линда включила «дуру».
«Дура» – очень проверенный и гениальный способ уходить от ответа.
– А ты сам, птичечка моя, помнишь что такое «охи»? Я тебя вчера утром учила греческому языку, когда ты в купели полоскался. Нука-а-а, отвеча-а-а-ай…
– «Охи» – это «нет»!
Без запинки. Отлично.
– Бравоо-о-о! – Линда прыгает и хлопает в ладоши, – Марик, твой зрачок на свет реагирует та-ак быстро, ты такой талантливый, потрясающе! Ты скоро заговоришь на языке Зевса, и раз ты такой умный и начитанный, то явно догадался, что я тупо не знаю почему она, в смысле «пустынь» «Китайская». Китайский «термос» – знаю, китайская «тушенка» – тоже, «стена китайская» слышала, но как выяснилось, её вовсе не китайцы строили, а вот «пустынь» – увы, точно не знаю.
– Ладно, ты одевайся, в смысле по-человечески оденься – Клавкину юбку длинную найди в шкафу, не надевай больше эти рваные штаны, платок на голову накинь, на территорию монастыря женщин в брюках не пускают – грех это. Женщина должна быть женщиной, а мужчина-мужчиной. В этом мире все имеют своё предназначение, которое им дал Бог. В Священном писании есть порицания тому, кто носит одежду противоположного пола.
И потом – подолом длинных юбок женщина накапливает энергию Землю. А это полезно не только для неё, но и для окружающих. Волосы зачеши назад, чтоб на глаза не падали. У женщин энергия проходит через волосы, недаром раньше отращивали длинные косы. Приведи себя в порядок. Человек, с открытой душой входящий в Храм Божий скромен, терпелив, прост, смиренен, просветлён. Каждый его жест должен быть отмечен внутренней гармонией. Веди себя прилично, чай в монастырь идём, не в суши-бар.
«Ого! Только второй день съёмок, а Вальдемар открывает всё новые и новые черты своего характера. Что ж будет в конце? Если верить его постулатам, то юродивая женщина, живущая в дупле – это святая, а просто женщина в брюках – грехопадение. Это почище Аристотелевской теории полового расизма.»
– К сведению отдыхающих: я не люблю ни суши, ни «общепиты» в целом ещё с «сока», – Линда сказала про «совок» лишь бы что-то ответить.
– А Клава любит! – Не смог скрыть своего удивления «муж» и тут же переключился на Клаву, – Хоть каждый день води!
– В монастырь?! – Съязвила Линда.
– В суши-бар! Каждый день японские блюда есть будет.
– А-а-а… я то думала-а-а… Клавдия твоя, я вижу, вообще большая оригиналка: и маникюриться, и по пятницам в бане париться, и сырую рыбу в водоросли завёрнутую ест. Ты вообще меня достал своей Клавкой. Что ты мне её всё время расхваливаешь, точно я сватов к ней засылать собираюсь? – Линда разозлилась не на шутку. А что он постоянно её со своей Клавой сравнивает?! Контуженный что ли?! Каждая женщина сама по себе, и не надо ей в пример никого пихать. – И, потом – как это у вас всё сочетается? Обитание по дуплам и бани с мужиками, такие прямо христиане и японские суши любите? То от одного ты в восторг впадаешь, то от другого. И вообще – вы в курсах, что от сырой рыбы можно кишечных паразитов подхватить? И будут они потом у тебя под рубашкой по телу полза-а-а-ать, или у твоей Клавы… Бя-я-я!
Или вот мне вот всегда интересно было – как с этими встроенными в себя ногтями люди ноги моют? Или ещё бывает, люди себе волосы приклеивают. У твоей Клавки, поди, не вся шевелюра то своя? Я её фото видела. Тебе, Вальдемар, как человеку увлечённому «здоровыми образами» жизни это надо было бы принять к сведению. Ты уж определись с постулатами, дражайший, а то у тебя с одной стороны на окне банка с головастиками, освящённая советским юбилейным гривенников, который ты торжественно называешь «магнит», а с другой – смертельные инфекции под ногтями горячо обожаемой половины. А как определишься – будешь замечания мне делать про брюки и непокрытые головы!
Казалось, на Володимира монолог не произвёл никакого впечатления, и единственное, что его зацепило – отказ Линды идти в «столовую».
