До портовых кварталов Дайм добрался в отличном настроении. Он любит, он любим, целая жизнь впереди, да какие к ширхабу лысому страдания! Подумаешь, Шуалейда обиделась. Как обиделась, так и простит. Ведь по большому счету им совершенно нечего делить. Он любит ее, она любит его, и золотой шер на самом деле вовсе не помеха, он отлично впишется в их маленькую компанию. Рано или поздно, так или иначе – никуда они оба от Дайма не денутся.
Близ порта Дайм зашел в одну из самых приличных таверн. На вывеске ее красовалась возлежащая в устричной раковине девица, а из дверей завлекательно пахло жареным, хорошо перченым мясом. Именно здесь всегда останавливался агент – что может понадобиться мужчине после долгого плавания, как не чистые, веселые и покладистые девицы?
Одна из них подбежала к Дайму, едва он переступил порог светлого зала, украшенного узкими зеркалами, бегониями в горшках и хмирскими свитками-картинами.
– Ваша милость изволит откушать? – Девица приспустила с плеча белоснежную блузку и выпятила грудь. – Или, быть может, комнату? У нас самые чистые комнаты, льняные простыни и самые лучшие девушки и юноши для вашей милости! Лицензия второго класса, – с гордостью добавила она.
– Сначала завтракать. – Дайм подмигнул девице и с интересом заглянул в низкий вырез: вывалится или удержится? – Отбивную с кровью, зеленый салат, много шамьета с медом и корицей, газету.
– Будет исполнено, ваша милость. – Девица сделала книксен, грудь колыхнулась, рванулась вперед – но не вывалилась. Дайм хмыкнул: мастерский трюк. Не зря агент так нахваливал девочек Устрицы До. – Столик или отдельный кабинет?
– Меня устроит тот. – Дайм указал на столик у окна с частым переплетом, выходящего на задний дворик.
Пока швейцар, он же вышибала, принимал плащ со шляпой, а девица бегала на кухню за заказом, Дайм разглядывал немногочисленных посетителей. По утреннему времени таверна Устрицы До была просто таверной, где можно вкусно и недорого поесть. Сцена в глубине зала терялась в полумраке – до тех пор, пока не соберется вечерняя публика, а девочки не скинут длинные юбки и не примутся танцевать. Дайму частенько приходилось бывать в подобных заведениях, и он мог с уверенностью сказать, что таверна Устрицы в самом деле стоит лицензии второго класса, не то что большинство портовых забегаловок.
Ждать пришлось не больше минуты. Та же девица прибежала, улыбнулась во все тридцать два зуба и составила на скатерть массивный керамический шамьетник, чашку, вазочку с медом и корзинку с бушами, а в завершение свернутую газету. В животе тут же забурчало: шутка ли, скоро полдень, а завтрака еще не было!
При мысли о том, что было вместо завтрака, Дайм невольно улыбнулся. Девица приняла это на свой счет, хихикнула и кокетливо повела плечом, так что блузка почти соскользнула.
– Сейчас подам отбивную, ваша милость.
– Две отбивные, – уточнил Дайм.
– У вашей милости отменный аппетит!
Дайм шлепнул девицу по заднице и подмигнул. Она, радостная, унеслась снова на кухню: то, что их милость изволили сесть за стол в перчатках, она списала на шерскую придурь. Подумаешь, перчатки! Зато какой красавчик, наверное, в постели хорош и золота не жалеет, вон как улыбается.
Проводив ее взглядом и отмахнувшись от случайно пойманных мыслей, Дайм принялся за шамьет: налить, добавить меду, отпить, почувствовать вкус…
Отличный вкус. Хотя тот, которым поит его Роне, гораздо лучше.
– У вас остановился почтенный Сельдук, помощник шкипера из Ирсиды? – спросил он девицу, как только она принесла отбивную.
– Да, ваша милость.
– Скажите ему, пусть спустится минут через двадцать.
Не скрывая разочарования, девица пошла к лестнице, звать почтенного, а Дайм отправил в рот первый кусок мяса и снова обвел взглядом мастеровых за столиком в углу, трех сонных девиц у стойки, опухшего матроса с бутылью рассола и одетого с иголочки шулера. Ничего интересного. Лучше почитать газету – художник, руки оборвать, не постеснялся пририсовать ему уши длиннее ирийских. Хорошо хоть не ослиные.
Только Дайм расправился с отбивной, зеркальце в кармане завибрировало и ощутимо пахнуло тьмой.
– Мой свет, ты не слишком занят? Есть новости.
Новости были – хоть стой хоть падай. Для начала Ристана. Эта идиотка не придумала ничего лучше, чем сговориться с Акану. О чем, Роне пока не знал, но обещал разведать. И в продолжение – тоже Ристана. Изящная комбинация с похищением Таис Альгредо и ее замужеством с Торрелавьехой.
– Она с ума сошла, – констатировал Дайм.
– Определенно.
– Ты ему выдал все, что он просил?
– С небольшими модификациями, – усмехнулся Роне. – Как полпред Конвента…
– Ты снабдил его следилкой, – закончил за него Дайм.
– Ты так хорошо меня знаешь.
– И о чем же ты хочешь попросить? Неужели ты хочешь его себе?
– Себе? – ужаснулся Роне. – Боже упаси. Тебе и только тебе. По мальчишке оперативная работа плачет. А ты недавно жаловался на нехватку толковых сотрудников.
– О, так это ты обо мне заботишься! Я тронут, мой темный шер.
– Тронут… хм… пожалуй, я предпочту трогать тебя несколько иначе, мой свет.
– Я расцениваю это как обещание.
