Увидев деньги, узкие глаза Тандиркаллаева чуть не вылезли на лоб от жадности и тут же оглянувшись вокруг, он сказал: — Что вы, Саякбай. Прячьте сейчас же деньги. Тут шляются кругом воры карманники, аферисты, картежники, машенники, наперстники, уркоганы, бандиты и кровожадные головорезы всякие. Если они узнают о том, что у вас такие огромные деньги, то они запросто могут вас зарезать ночью, с помощью бритвы. Чик и перережут вам горло от уха до уха. Дааа, поверьте мне и пожалуйста, будьте крайне осторожно. Предупредить вас об опасности — это мой профессиональный долг. К тому же еще мы являемся земляками, соотечественниками как — никак. Не надо отблагодарить меня материально. Мне достаточно ваши молитвы. Давайте, быстро положите деньги обратно в сумку — сказал он, тайно указывая взглядом на больного старика и его внучку, которые ехали лежа на второй полке.
— Ну, спасибо вам еще раз, господин проводник Тандиркаллаев! — сказал Саяк, обратно положив деньги в дорожную сумку и сердечно поблагодарив доброго проводника за важную информацию.
— Дай бог вам долгую и счастливую жизнь, господин проводник!! Я всегда думал о том, почему не наступает апокалипсис. Оказывается, еще есть добрые люди в этом мире, такие, как вы. Вот почему не наступает конец света! Вы настоящий ангел в облике человека!
— Да, не за что, Саякбай. Не стоит меня благодарить. Мы соотечественники должны жить, выручая друг друга в трудные моменты. Иначе зачем жить то на этом безжалостном мире? — сказал скромно Тандиркаллаев.
Саяк сильно обрадовался от этих слов доброго проводника и ему еще сильнее захотелось жить в этом прекрасном мире. К вечеру проводник Тандиркаллаев снова подошел к нему со звенящими стаканами на подносе в дрожащих от волнения руках. Он поставил чай на столик и еще раз предупредил Саяка, об опасности, которые могут произойти в любой момент в этом дурдоме на рельсах.
— Саякбай, берегите вашу сумку, где лежат деньги. Спите, подложив ее под голову, как подушку — сказал он.
— Аха, вы не волнуйтесь, господин Тандиркаллаев. Я же бывший сторож виноградника и я могу провести ночь, не смыкая глаз, как солдат — пограничник на посту — успокоил проводника Саяк.
После этого он сидел, молча хлебая сладкий чай с апельсиновыми корками, задумчиво глядя в окно вагона. За окном мелькали огоньки далеких городов и деревень, словно звезды, которые падали на землю с небес. По небу двигалась луна сквозь золотые тучи. А поезд все мчался, скрежетали вагоны, как человек, который скрипит зубами во сне. К этому времени больной старик со своей внучкой сладко уснули. Саяка тоже стало клонить ко сну и он начал широко зевать от усталости. Он уснул, подложив под голову клетчатую дорожную сумку с деньгами. Тут снова появился проводник Тандиркаллаев на цыпочках, как артист, который танцует балет «Щелкунчик» Чайковского Петра Ильича. Он слегка толкнул Саяка, с опаской и осторожно зыркая вокруг. Тот спал, как убитый и громко храпел. Твердо убедившись в том, что снотворное сильно подействовало, проводник Тандиркаллаев, бережно открыл дорожную сумку Саяка и вынул деньги. Потом тихо удалился на цыпочках, как аист, кой охотится на лягушек в болотах и скрылся в своей служебной каморке. Утром он начал разбудить пассажиров громко крича: — Граждане пассажиры, наш поезд прибыл на станцию Талдыкорган! Просим не забывать свои вещи и сдать постельное белье!
Тут он встретил Саяка с бледным лицом и спросил, делая вид, что ничего не знает:
— Что с вами Саякбай, Почему вы бледный такой? Вам плохо?!
— Да, вот, видите ли, господин проводник, кто — то украл мои деньги. Какой же я дурак а, какой дурак! Почему я не отдал их вам на сохранение! Во люди а!. Не люди а звери какие — то. Помогите, господин проводник, найти мои деньги! Может вор еще не успел сойти с поезда?! — сказал Саяк.
— Ну, Саякбааай! Я же предупредил вас о том, что в поезде никому нельзя доверять. Кругом воры, грабители. Эх, вы. Еще сторож виноградника! Тут не только я, но и милиция не в силах вам помочь. Потому что воры садятся на одной станции и сходят на другой, после того, как совершат кражу. И на то спасибо, что они не зарезали вас с помощью острой бритвы, когда вы спали непробудным младенческим сном. Теперь уж слишком поздно. Эх, Саякбай, Саякбай! — сказал проводник Тандиркаллаев, ударив себе ладонями рук по коленям своих ног и мотая головой. Потом продолжал: — Вот что, дорогой мой соотечественник. Один мудрец сказал: Будущее неизбежно, прошлое невозвратимо, живи в настоящем. Все что случилось уже позади. Упушенного не вернешь. Короче, я вам дам немного денег и когда вы приедете в Санкт — Петербург, прямо с железнодорожного вокзала позвоните моему другу господину Коца Лаю. Скажете ему обо всем, не скрывая ничего и он вам поможет. Я в этом уверен. Он очень хороший человек — сказал Тандиркаллаев.
