Кроме этого быстро осточертевающего вечного чифирного многолюдья в проходняке – азербайджанская обезьяна, примитивное существо, 6–й раз сидящее и готовое часами рассказывать мне о своей родне и подробностях жизни в нижегородской деревне (на родине не бывало с 1986 года!..), отличается и тяжелой формой паранойи по поводу уборки и чистоты. Чистюля, блин!.. Это грозит мне – несмотря на ее пока подчеркнутую симпатию и вроде бы доброе отношение – тяжелыми скандалами в будущем по поводу уборки, выволакивания тумбочки, выноса “сидоров” из–под моей шконки и пр. – психозы этих чистюль я за 3 года тут изучил уже досконально. То и дело, как все они, жалуется на запах (несуществующий, разумеется). Но – хоть маленькая еще радость и возможность расслабиться – безумие “генеральных уборок” этой зимы и весны, похоже, реально сошло на нет после ремонта и переезда. Вчера опять просто подмели и помыли, без всякого мыла и шампуней, и тумбочки не вытаскивали (вякнул было раз на эту тему мерзкий активист, уходя в баню, – но не только никто его особо не слышал, а даже и сам он, вопреки своей прежней постоянной манере, свою же тумбочку выволакивать тоже не стал. :))) ).
19–30
Длинная, невыносимо длинная, бесконечная эта пятница, полная солнечного света, жары (опять!), беготни вокруг, суеты, бесконечных этих чифиропитий в проходняке, послеобеденной сонной одури, – заснуть не можешь, как всегда, но глаза слипаются, проваливаешься в какую–то дрему, всего–то на минуты какие–то – но потом долго ничего не соображаешь, с трудом приходишь в себя и лишь испуганно смотришь сразу на часы – сколько времени?! не проспал ли ужин или еще что–нибудь?!! Почитать абсолютно нечего, нечем занять голову – и ее забивают до отказа, до полной перегрузки окружающая всеобщая суета, беготня шнырей, обрывки разговоров и ругани, солнце и чифир...
3.7.10. 8–38
Нет, так просто вчерашний вечер не кончился, не думайте; они вдруг начали двигать шконки! Едва я успел поужинать, еще допивал последние глотки чая, – вдруг понеслось!.. Из “32–го квадрата” выволокли одну шконку, поставили в “фойе” – и самому забитому пацаненку из “обиженных” сказали, что теперь он живет там (один; верхний ярус шконки пока пустует). Вслед за этим все шконки по стене секции (т.е. где я) начали сдвигать в сторону двери – чтобы где–то ближе к тому концу втиснуть еще одну, по частям принесенную с улицы. Типа, для все время “поднимающихся” новичков не хватает мест в секции – вот они и придумали ее впихнуть. Командовал всем процессом старший и наиболее злобный “козел”, – даже уйдя в работяги “промки” и тем самым автоматически потеряв статус барачного “общественника”, эта мразь продолжает беспрекословно тут всем командовать. Впрочем, командует она по преимуществу шнырями и разной “красной” молодежью, мелкой, недавно сидящей, робкого (относительно) нрава, не выдающегося телосложения и в принципе неспособной дать отпор ее кулачищам...
Проблемы, как всегда, начались со мной: обнаружилось, что у меня за головным торцом шконки “опять целый склад”, и вся окружающая нечисть тут же принялась орать про “петушатник”, – мол, я “опять развел петушатник”, и т.д. :)) Всякое грязное, неубранное место, всякий беспорядок и т.п. они стандартно именуют “петушатником” – но в то же время от обитателей настоящего “петушатника” требуют, чтобы у них была идеальная чистота и порядок, заправлены кровати, под шконками и на тумбочках не лежало бы ничего “лишнего”, и т.д. Противоречие, однако... :)
Так вот, мою шконку начали двигать – и что–то из лежащего за ее торцом помешало плотно придвинуть ее к соседней. По команде злобного “козла” исполнители с явным удовольствием стали просто вышвыривать мои вещи из–за шконки, – бросали, не глядя, куда попадут, и все это разлеталось по полу, под соседние шконки. Банный пакет вышвырнули так, что зеленое полотенце для головы, лежавшее в нем сверху, вывалилось прямо на грязный пол. Большую доску, вставленную за торец шконки, чтобы все барахло не съезжало под шконку, выволокли вместе с маленькими фанерками. А уж как они двигали мою тумбочку!.. Наполовину придвинули к стене, а доска, на которой она стоит (чтобы удобно закрывались дверцы), наполовину осталась торчать слева из–под тумбочки, подвинутой сантиметров на 50 вправо. Еле–еле мы с “ночным” поставили ее ровно, отодвинув от стены и пододвинув под нее как следует эту доску – а потом еще, почти до самой проверки, вместо того, чтобы полежать после ужина и чая, я собирал все расшвырянные этими подонками вещи и распихивал по местам за шконкой...
