У Аюба была причина опасаться. Ровно три месяца назад здесь был предательски убит его аульчанин и друг абрек Абубакар Хасуев. Они были неразлучными друзьями еще с детства. И никогда им не приходило в голову, что станут они абреками. Детство проходило в играх с ровесниками у берегов Аргуна и в лесах. Летом купались, ловили рыбу. Наряду с начальной арабской грамотой в аульском медресе, Аюб научился и русской грамматике. Когда ему исполнилось двенадцать лет, отец отдал его в русскую школу в Грозный. Учеба давалась ему легко. Но через три года школу пришлось бросить - у семьи не было возможности оплачивать учебу. Аюб читал книги русских писателей, сочувствовавших горцам. Пушкина, Лермонтова, Толстого. Читал он книги и других русских авторов, которые клеветали на чеченцев, называя их бандитами, разбойниками, убийцами, хищниками, дикарями. Однажды в руки Аюба попала маленькая книжица Якова Абрамова "Кавказские горцы". Абрамов со всей достоверностью показал всю несправедливость властей по отношению к горцам и особенно - к чеченцам. В сердце молодого Аюба возникла и окрепла лютая ненависть к царской власти, у него никогда уже не будет иных чувств к ней. Молодой и бесхитростный Аюб не умел скрывать эти чувства. Он высказывал свое мнение о власти принародно, выражал недовольство по какому-либо поводу прямо в лицо старшине и приставу. Аюба арестовали и бросили в тюрьму. Оттуда его угнали в Сибирскую ссылку на пять лет. Он бежал оттуда и вернулся домой. Но взгляды и убеждения его не изменились. Наоборот, их еще больше укрепили политические заключенные, с которыми ему довелось встречаться в тюрьме и в ссылке. Аюба арестовали вновь и вторично отправили в Сибирь. На этот раз его приговорили к десяти годам. Но атагинец сбежал и во второй раз. Власти опять стали преследовать его. Для Аюба оставался только один путь. Абречество.
К тому времени Абубакар уже был с Зелимханом. Когда Абубакар и его товарищи пошли в казачью станицу за добычей, возникла стычка, в которой было убито несколько казаков, а сам Абубакар получил ранения. Это стало известно приставу. Власти предприняли попытку арестовать его, и Абубакар ушел к Зелимхану. Через него прибился к харачойцу и Аюб.
Они абречествовали девять лет. На самые опасные операции тоже ходили вместе. Оберегали друг друга в самые критические минуты. Они делились последним куском чурека, одежда и оружие у них были общими. Были они схожи и характерами. Даже в моменты крайней опасности, когда смерть уже дышала им в лицо, два атагинца продолжали подшучивать друг над другом. Оба были безобидными, мужественными, благородными и жизнерадостными людбми. В молодости Аюб и Абубакар вместе ходили на вечеринки. Девушки, с которыми они встречались и на которых позже женились, тоже были подружками. Абубакар был на год старше Аюба. Договорившись между собой, раньше привели невесту в дом Абубакара. Через месяц после завершения свадебных торжеств порог Аюба тоже переступила невеста. У обоих было по двое детей, по одному сыну и по одной дочери. У обоих были старые родители, но ни у одного не было братьев. Поэтому они жили, став друг другу братьями.
Сейчас родители Абубакара остались одни, без опоры. Молодая Шовда раньше времени стала вдовой с двумя детьми на руках. Долг Аюба заботиться о них. Точно так же, как о своих родителях и своей семье...
Аюб пересек два соседских огорода и вошел в свой двор. Из окон комнат родителей и его семьи пробивался свет. Неожиданно громко залаяла мохнатая кавказская овчарка, но опознав в ночном госте Аюба, она радостно заскулила, приветствуя хозяина.
Аюб допоздна просидел у родителей и пошел в комнату своей семьи. Перед самым рассветом он отчего-то проснулся. Сон так и не вернулся к нему, но и вставать было лень. Аюб долго пролежал в постели с открытыми глазами, думая о чем-то своем. Вдруг соседские собаки подняли шум, они стали свирепо лаять. Аюб, привыкший всегда быть начеку, проворно вскочил, быстро оделся, натянул шерстяные носки, надел поверх них сапоги, пристегнул патронташ, схватил ружье и бросился к двери. Но жена остановила его.
- Подожди, тебе не надо выходить. Я посмотрю, почему расшумелись собаки, - чуть оттолкнув мужа обратно, она вышла за дверь.
Еще из сеней она увидела стоящих на улице людей. Одеты они были в горские костюмы, но по особым формам папах, висящим на боку шашкам и необычным бородам женщина без труда определила казаков. Она медленно повернулась и, стараясь сохранять спокойствие, вошла обратно в саклю.
- На улице стоят казаки! - закричала она в испуге. Когда Аюб сделал шаг к двери, жена обвилась вокруг его тела.
- Они убьют тебя! Ты выйдешь только через мой труп. Аюб нежно отстранил жену.
- Перестань! Ты что, ума лишилась? Если я сдамся, они повесят меня, как повесили Саламбека. Если окажу сопротивление, нас всех убьют, в том числе и детей. Я попытаюсь спастись!
