– Эта земля задыхается. Корни, что тянутся к океану магии, обрублены. Поэтому здесь ничего не растет и обычные семена не приносят урожая. Ты же доказала, что тебе под силу это изменить. – Оно направилось к ней, и Эрис шагнула ближе к обрыву от испуга. Чудовище понизило голос. – Возрождение этой земли для меня чрезвычайно важно, и ради него я готов рискнуть. Однако помни, что я всю свою жизнь посвятил изучению магии. Уверяю тебя, если ты меня предашь и используешь полученные знания мне во вред, месть моя будет стократной.
Эрис нахмурилась. Угроза Чудовища испугала и разозлила ее.
– Я никогда не лгу и лгать не стану. Не знаю, правда ли мне под силу возродить эту землю, как вы говорите, или попытки убьют меня, но обещания я не нарушу. Не такой я человек.
– Посмотрим, – прорычало Чудовище. Хозяин замка подошел к одной из упавших колонн и опустился на колени, уперев в них огромные руки. – Сперва надо успокоить разум, – сказал он. – Если стереть чувства, которые тебя терзают, будет проще отыскать то самое древо, что источает чары.
Эрис медленно опустилась на колено, стараясь шипеть от боли как можно тише. От соприкосновения с землей, усыпанной пеплом, колени обожгло болью.
– Лишь отыскав источник магии внутри себя, можно сознательно использовать ее в будущем, – пояснило Чудовище. – Закрой глаза, обрати все свои мысли внутрь и дыши. – Широкие плечи великана стали ритмично опускаться на каждом выдохе.
Эрис последовала его примеру. И ничего. Она повторила попытку, стараясь дышать в ритм с Чудовищем. Заерзала, ища позу поудобнее. Царапина на лице заныла, но она подавила желание ее почесать. Интересно, сестры вообще знают, что она пропала? Может, кто-то узнал ее в толпе и видел, как она убегает. Хоть бы Виктория навещала отца в этой его мрачной гробнице. Алая роза, которую Эрис возложила на гроб, уже наверняка завяла. Может, и Стаци к нему ходит, если только у нее есть свободное время. Где же он сейчас? Отыскал ли пусть к Вечному древу? Какой вердикт вынесли ему короли? Обрел ли он покой?
Она очень по нему тосковала. Милостивые короли, как сильна была эта тоска! Как бы ей хотелось, чтобы отец вновь подхватил ее на руки, показал на звезды, поделился новой историей, заверил, что все хорошо. Она обрела свободу, как и обещала.
– Эрис?
Девушка открыла глаза. Ресницы на миг прилипли к коже.
– Извините. – Она смахнула слезы. – У меня остался один вопрос.
– Задавай.
– Может ли магия оживлять мертвых?
– Стало быть, ты потеряла кого-то.
– Может или нет? – упрямо переспросила она.
– Настоятельно не рекомендую этого делать.
– Получается, это возможно! – заключила она, стараясь скрыть радость.
Плечи Чудовища напряженно застыли. Оно встало.
– Чтобы нарушить столь фундаментальный закон природы, нужны мощные чары и огромная сила воли. Я как-то попытался – и ничего не вышло. Я обрек на муки тех, кого хотел вернуть к жизни.
– Они стали призраками? Можно на них поглядеть? Они прячутся где-то неподалеку?
– Нет. – Чудовище постучало себя по груди. – Они внутри меня.
– Покажите!
– Нет. – Великан отступил в сторону. – Это мои дорогие друзья, которых я любил до конца их дней. Они посвятили мне жизнь, и я бесконечно это ценю. Никто – и уж тем более девчонка, которая попросту хочет оправдать оживление мертвецов, – не вправе на них глазеть.
Эрис бросилась к нему, сокращая дистанцию, которую он выдержал.
– Я вовсе не хочу оскорбить их память. И не стану просить вас его оживить. Я лишь подумала: может, если мне хватит сил, если вы научите меня, я смогу…
– Эрис…
– Я никуда не убегу, – продолжила она, не слушая Чудовище. – Я не хочу нарушать обещание, но, может, однажды… вы отпустите меня в город, чтобы я забрала его тело из мавзолея, и я вернусь сюда вместе с ним, а как это сделать, уж придумаю, если придется, понесу на себе через лес, а потом, применив знания, которые вы мне дадите, верну его к жиз…
– Это осквернение мертвых.
– А если не получится, мне довольно будет частички его памяти, – продолжила Эрис. – Надолго я его тут не задержу, просто хочу с ним немного поговорить. Сказать, что люблю его, что он – единственная радость, что была у меня в жизни.
На это Чудовище ничего не ответило.
– Ну почему! – со слезами воскликнула Эрис. – Почему вы отказываетесь?
– Твое отчаяние столь велико, что ты цепляешься за любую соломинку. Я обрек тех, кого так люблю, на муки куда страшнее смерти. Это было страшной ошибкой, о которой я и по сей день жалею. Не стоит возвращать то, что уже отняла Смерть.
