Им ничего не осталось, кроме как вернуться домой.
– Дай мне обещание, что приедешь и расскажешь все, – потребовала Лили, прежде чем сесть в экипаж. Она схватила Эмму за руки. – Я точно не смогу прийти завтра, сегодня и так было слишком рискованно. Я боюсь подумать, как отреагирует Генри, когда узнает об этом.
Эмма озабоченно кивнула.
– Прости, я не должна была приходить к тебе, я просто подумала…
– Нет, нет, ты поступила правильно! – запротестовала Лили.
Эмма пообещала сообщить ей о ситуации с Изабель, как только сможет, после чего Лили уехала.
Когда она вернулась домой, Генри еще не было. Лили сняла пальто и сразу же направилась в кабинет отца. Он поднял глаза, когда она постучала и вошла, но ничего не сказал.
– Я уже здесь. – Лили нерешительно подошла к его столу.
– Я вижу! – Он откинулся в кресле. – Полагаю, мне не нужно говорить тебе, что я не хочу снова переживать сцену, подобную той, что в прошлый раз? – спросил он с такой холодной злостью в голосе, что у Лили встал ком в горле.
– Надеюсь, тебе и не придется, – сказала она, стараясь сохранить самообладание. – Но если мои подруги окажутся в беде, я постараюсь им помочь. Ты бы сделал то же самое для своих друзей.
На мгновение он пронзительно посмотрел на нее.
– Да, Лили, я бы так и сделал, – наконец сказал он. – Но между тобой и мной есть некоторые очень существенные различия.
Она кивнула.
– Я понимаю это, отец.
Он взглянул на бумаги, лежащие перед ним.
– Что ж, твоему мужу предстоит призвать тебя к ответу за твое поведение. Тебе нужно еще что-нибудь от меня?
Лили с удивлением посмотрела на него.
– Нет, – тихо ответила она.
– Хорошо, – он кивнул. – Пожалуйста, закрой за собой дверь.
Огорченная, она повернулась прочь. Затем снова остановилась.
– Я не хотела тебя расстраивать, – сказала она.
Отец вздохнул.
– Я знаю, – ответил он. – Ты никогда не хочешь этого. Но это ничего не меняет.
Весь вечер и следующее утро Лили ждала гнева Генри, что он позовет ее к себе и потребует объяснений. Но ничего подобного не произошло. На следующий день, когда он в хорошем настроение предложил ей и Зильте прогуляться с Ханной вдоль Альстера, Лили поняла, что отец ничего ему не сказал.
Эмма нервно ходила взад и вперед, разминая руки, на щеках у нее выступили красные пятна. Бледная Марта сидела рядом с ней за столом и курила уже третью сигарету.
– Ты знаешь, какая Изабель. Она никому не позволит ее заткнуть. Она не из тех, кто молчит, лишь бы ее не выгнали или не уволили раньше времени. Там, в тюрьме, у нее будут серьезные неприятности. Что нам делать? – спросила Эмма. – Твой отец не может добиться, чтобы ее тоже выпустили?
Марта покачала головой.
– Мои родители считают, что то, что сейчас произошло, это ее заслуженное наказание.
– Этого не может быть!
Марта печально кивнула.
– Боюсь, что так. Я хотела остаться с ней, но они меня совсем не слушали. Мой отец говорит, что они лишат меня пособия, если я буду продолжать общаться с вами. – Она нервно затянулась сигаретой. – Но в любом случае пора с ними попрощаться. Мне больше не нужны их подачки.
– Но на что ты будешь жить? – обеспокоенно спросила Эмма. Марта пожала плечами.
– Я что-нибудь придумаю, в конце концов, другим это удается. К примеру, той же Изабель.
– Может быть, дядя Лили сможет помочь? – пробормотала Эмма, но Марта только тихонько фыркнула.
– Я уверена, что он мог бы, но не станет этого делать, когда узнает, за что ее арестовали. Они все одинаковы в этих вопросах.
– Тогда нам придется самим что-нибудь придумать.
Но, как оказалось, они волновались зря. Изабель выпустили в тот же день и поместили в больницу Святого Георга.
– Думаю, они боялись, что у них будут неприятности, если они не отведут Изабель к врачу, – мрачно сказала Эмма, склонившись над ее постелью. Нахмурив брови, она посмотрела на лекарства, стоявшие на прикроватной тумбочке, а затем, пока никто из медсестер не смотрел в их сторону, проверила пульс Изабель. – Ты скоро поправишься, – сказала она, и та слабо улыбнулась. Изабель выглядела измученной, а глаза лихорадочно блестели.
– Впредь мы должны быть осторожнее, – убеждала Марта.
Но Изабель покачала головой.
– Теперь – ни за что, – с трудом произнесла она, и Эмма увидела, как Марта озабоченно нахмурила брови. Атмосфера в комнате внезапно стала напряженной.
По дороге домой они молчали. Им было тяжело оставить слабую Изабель одну в больнице. Они знали, что у нее нет семьи, и никто, кроме них, не позаботится о ней.
Эмма не хотела снова ехать в особняк Карстенов и втягивать Лили в неприятности, поэтому она послала мальчика-посыльного с сообщением: «Изабель в больнице. Все в порядке. Не волнуйся».
Эмма посмотрела вслед мальчику и почувствовала покалывание в затылке. Сама она была настроена гораздо менее оптимистично, чем сообщала Лили.
