– Это не может быть так сложно, – пробормотала она. Без колебаний Клара взяла порошок ультрамариновой краски, высыпала хорошую порцию в стакан с водой и смотрела, как порошок растворяется. Краситель использовался для того, чтобы придать голубовато-белый оттенок белью. Клара наблюдала за этой процедурой много раз. Ворча, она наполнила чан холодной водой и процедила смесь через тонкий льняной мешочек. Когда вода посинела, она бросила туда целую охапку белого кружевного белья и придавила его ковшом. «Вода стала уже темно-синего цвета», – неуверенно подумала она и решила не оставлять белье надолго. Измученная, Клара опустилась на табурет. Неужели это будет продолжаться до конца ее жизни? Работать до тех пор, пока она больше не сможет, а потом упасть замертво?
Чуть позже ее разбудил резкий крик.
– Господи, девочка! – Прачка окунула ковш в воду и торопливо вытащила драгоценное кружевное белье, которое Клара окунула в чан.
Оно была голубым.
– О, нет! – От испуга Кларе стало дурно. Если ей придется платить за все это, она год проработает бесплатно. – Я заснула! – в отчаянии воскликнула она, вздрогнув, словно ужаленная осой.
Прачка бранила ее и себя, пытаясь спасти то, что можно было спасти. Встревоженная криками, Агнес вбежала в прачечную. Она вся побелела лицом, когда увидела белье. Затем отвесила Кларе звонкую пощечину.
– Что ты наделала? – кричала она. – Все белье мадам!
Клара держалась за пылающую от боли щеку. От страха и гнева у нее на глазах навернулись слезы.
– Я только хотела… – рыдала она, но Агнес не дала ей вставить ни слова.
– Замолчи и иди в дом. Ты действительно ни на что не годишься. Лиза закончит здесь, а ты будешь выполнять ее обязанности в доме, где я смогу за тобой присматривать! – Агнес внимательно оценивала нанесенный урон. – Это, верно, будет стоить тебе жалованья, – мрачно предсказала она, а Клара в отчаянии застонала и побежала в дом.
Остаток дня она работала еще более скованно и рассеянно, чем обычно, разбила два стакана и получила еще одну пощечину.
После ужина Агнес отвела ее в сторону.
– Мы смогли отбелить некоторые вещи. Но особенно изысканное белье испорчено. О чем ты думала?
Клара виновато кивнула.
– Женщина опоздала, а я уже хотела начинать.
Агнес вздохнула и посмотрела на нее наполовину с жалостью, наполовину со злостью.
– Что ж, это действительно была не очень хорошая идея. Компенсация будет вычтена из твоего жалования.
Она снова кивнула.
Агнес покачала головой:
– Девочка, что с тобой? Я не буду тебя наказывать, а деньги, я уверена, послужат тебе уроком. – Агнес встала. – Хорошо, на сегодня этого достаточно. Но кто-то все равно должен принести герру Карстену свежую смену белья и новые простыни. Поскольку сегодня Лиза больше заслужила отдохнуть, придется ехать тебе.
– Сегодня? – испуганно воскликнула Клара. Она совершенно измучилась за последние дни, и завтра ей снова придется вставать на два часа раньше, чтобы гладить белье.
– Что? – тихо спросила Агнес. Ее глаза грозно сверкали.
Клара опустила взгляд.
– Да, фрау Агнес, – сердито выдавила она. Ей хотелось заплакать. Такой ужасный день! Все причиняло ей боль, и следующие несколько недель Клара будет работать впустую, а сейчас она теряла драгоценный сон. Агнес дала ей запасной ключ.
– Если свет не горит, просто положи сумку в коридоре и уходи. Постарайся никого не потревожить!
Клара беспокоилась. Она терпеть не могла молодого герра Карстена, он пугал ее своим холодным взглядом и властным голосом. И ей совсем не хотелось встречаться сегодня с Каем.
Когда карета остановилась перед домом, она вздохнула с облегчением. В кухне и салоне было темно. Либо герр Карстен куда-то ушел, и у Кая выходной, либо они были в той гостиной, которая находилась в задней части дома. Клара торопливо поднялась по темной лестнице и бесшумно повернула ключ в замке. Она на цыпочках прошла через прихожую и уже собиралась поставить сумку рядом с зеркалом, когда услышала звуки, доносившиеся из спальни. Очень отчетливые звуки.
Клара замерла. «У герра Карстена есть любовница!» – подумала она с возмущением. Но потом она решила, что в этом нет ничего удивительного. Его даже нельзя винить: Розвита была такой ужасно скучной и всегда в плохом настроении или в слезах. Но все же… должна ли она была сказать своей хозяйке? Клара стояла в нерешительности. Но вдруг она нахмурилась. Этот стон. Что-то было не так.
Клара почувствовала, как по спине у нее пробежали мурашки. Очень медленно она подошла к двери спальни. Затем наклонилась и заглянула в замочную скважину.
Казалось, что кровь застыла в жилах. Клара прижала руки ко рту и отпрянула к стене, широко раскрыв глаза от ужаса. Она стояла там несколько секунд, пытаясь справиться с волнением, и дрожала всем телом. Потом повернулась и выбежала из дома, пролетев по лестнице и выскочив через парадную дверь.
