Быстро, словно боясь, что блестящий золотой кружочек исчезнет, она схватила его и спрятала в глубоком накладном кармане, зелёного фартука. Поправив на голове сползающую накрахмаленную косынку, она представилась, сразу переходя к делу.– Сирен. Что хочет знать молодой синор?
– Всё, что имеет отношений к разрушениям недавним.
– Хорошо. Я расскажу всё, что мне известно.– Вытирая о край фартука руки, и опасливо оглядываясь по сторонам остерегаясь не иначе чужих ушей, произнесла кухарка, приглашая гостя своего присесть на свободный табурет, сама она уселась на широкую низкую скамейку и начало доверительно не громко говорить. – Вчера вечером сюда пожаловал один синор…
– Во сколько конкретно,– тут же внёс уточнение Нойс.
Она на миг задумалась, припоминая,– где-то в десятом часу…
– Он один был?
– Нет вместе с кучером, они приехали на карете запряженной двойкой вороных.
– Хорошо, приехали они, что потом было,– жестом пригласил наёмник продолжить рассказ.
– Главный из них, похожий на свинью назаказывал столько, сколько и пятерым не осилить за раз, словно его неделю не кормили, набросился так на еду он. Сначала ему принесли харчо, он вмиг его проглотил, затем подали блинчики с мясом…
– Можешь пропустить подробности смены блюд, меня интересует, что случилось потом.– Перебил её Фрэнос.
Она недовольно зыркнула на него тёмными глазами, но, перечить не стала. – Набив утробу, свиноподобный молча направился наверх почивать, кучер пошёл спать в конюшню.
– У него была при себе сумка, какая или чемодан?
– Саквояж небольшой имелся, он постоянно держал его при себе, даже когда ел, поставил его, не на пол, а поклал себе на колени.
– Понятно. Ладно, дальше он поднялся наверх в номер… приглашая продолжить, молвил наёмник.
– Да именно так.– Поддакнула в свою очередь Сирен.– Потом через пару часов он попросил принести ему дополнительно еды наверх.
– Он, что так быстро вновь проголодался?– удивился Нойс, не представляя, каким троглодитом надо быть, чтобы так есть, как не в себя.
– Похоже на то. Синор Кранчик сказал тогда, что ещё никогда ему не попадались люди со столь отменным аппетитом. Он весьма радовался ещё тогда этому. Ах, если бы он тогда знал, чем это всё обернётся…
– Ты сама готовила ему?
– Кто же ещё?– как на кретина воззрилась она на наемника. – Я всегда делаю это. А синора Мила, разносит по столикам и принимает заказы. Вот только, что-то в последнее время она нехорошо чувствует себя…
Специалист по сугубо деликатным вопросом ощутил некую недосказанность в её словах, но так как самочувствие дражайшей супруги Йозефа Кранчика его в данный момент мало занимало, пропустил мимо ушей это обстоятельство. Кухарка тем временем продолжила свой отсчёт. – Он попросил кексиков полное блюдо, медовых пряников куль и молока кувшин. Синора Мила сказала, тогда, что сама отнесёт ему блюдо.
Неожиданно снаружи послышался стук копыт, ржание лошадей, мужские возгласы. Кухонное окно выходило вовнутрь двора, поэтому не было видно, кто пожаловал в гости к Кранчику. Кухарка тоже замерла внимательно прислушиваясь. Фред подавил желание пойти взглянуть, кого там принесло, за место этого он попросил её не отвлекаться, а ускорить рассказ.
– Итак, супруга Кранчика вызвалась отнести заказ?
– Да, она поднялась наверх, её руки были заняты довольно таки нелёгкой ношей, а тут как по заказу в коридоре оказался молодой постоялец, который предложил любезно помочь, подержать поднос покуда она постучится в двери и её не откроют. Только вот вместо того чтобы потом передать его обратно, он со всего размаха обрушил его на голову свиноподобного. Тот как завопит, словно свинью режут, ой, что тут началось, словами не передать!– кухарка взмахнула натруженными руками, вновь переживая перипетии вчерашнего вечера.– Молодой синор, оттолкнув в сторону ошеломлённую синору Милу, кинулся на постояльца и обрушил на его голову дубинку, оглушив. Затем смерчем пронёсся по комнате, перевернув всё верх дном. Покопавшись в найденных вещах и забрав какой-то пакет, он бросился прочь только его и видели. А такой приличный с виду молодой синор,– закачала осуждающе головой Сирен,– что и не скажешь, что он промышляет разбоями. Честное слово, совсем, не скажешь.
– Ты случайно не помнишь, как он представился?– задумчиво теребя слегка заросший щетиной подбородок
– Назвался Габриэлем, сказал, что возвращается домой с учёбы.
– Опиши его.
– Ну,– на миг призадумалась кухарка,– лет ему примерно двадцать. Темноволосый с узенькими усиками. Роста около пяти футов и шесть дюймов, худощавый. Элегантно, одет, носил болотного цвета тунику и верховые кожаные штаны.
– Ясно.– Нойс узнал в описании Малькома, молодой наёмник не изменял себе, надевая даже на дело щеголеватые наряды. Хорошо, хоть ума достало перекрасить волосы, хотя это мало чем-то могло помочь ему. Похоже, он умудрился вляпаться по самые уши.
Сирен продолжала говорить.– На лестнице ему встретился какой-то неизвестный господин.
– То есть он не являлся постояльцем?– не понял Фред, отвлекшись слегка на собственные размышления.
