– Тебе кто-то это сказал? Откуда такая информация?– рыцарь прищурился, словно гончая почуявшая дух жертвы.
Фрэнос специально сформулировал, таким образом, вопрос, чтобы выяснить, что известно командору, чем занимался хозяин замка и маг и каких результатов они достигли, так как ни барон, ни чародей так и не удосужились рассказать ему как о предназначении, так и том, что они собираются делать со статуэткой.
– Это просто мысли вслух!– отмахнулся наемник.– Просто я подумал, что дон Жерард пригласил известного чародея к себе в поместье не только ради оценки её стоимости, хотя могу и ошибаться.
– Барон проявил халатность, не сообщив вовремя о нахождении у него артефакта.– Счел возможным сообщить Аэрон.– Как он утверждает именно для этого и пригласил авторитетного чародея, чтобы в полной мере оценить истинное значение статуэтки.
– Стало быть, он отказывается от всех претензий на обладания этого артефакта?– сам собой напрашивался вопрос, который Нойс и поспешил задать.
– Да. Как и не могло быть иначе.– Заверил того командор и тут же сам поинтересовался.– Ведь он на самом деле отказался?
Вопрос представителя могущественного ордена явно показывал определённую осведомлённость и владением ситуации. « Не из лёгких противников будет этот Аэрон». Сказал сам себе специалист по сугубо деликатным вопросам, поёживаясь под буравящим взглядом зелёных, как два изумруда глаз. Нагло врать ему, он опасался, поэтому Фрэнос решил немного схитрить, ведь на самом деле Жирдяй поручил ему найти человека, который будет обладать статуэткой, ни о какой передачи из рук в руки в контракте речи не шло.
– Я думаю, что ему очень дорога эта статуэтка,– ответил он уклончиво, но претендовать на эту вещь дон Жерард не собирается, как я понял…
– Что ж я рад, этому обстоятельству. Мне кажется, что мы найдём общий язык. И в знак нашего наметившегося понимания прими этот медальон.– Аэрон точно заправский фокусник извлёк из широкого рукава небольшой изящный кулон – фиолетовый неотшлифованный камень в серебреном обрамлении на тончайшей цепочки. – Покажи его любому из братьев и тебе будет оказана помощь.
– Благодарю вас нижайше командор.– Нойс взял протянутый к нему медальон и спрятал его в кармане.
– Ну, а теперь извини у меня дела, надеюсь, ещё свидимся при более благоприятных обстоятельствах.– Подвел итог их занимательной беседы намордник, напоследок дав напутствие.– И ещё Фредерик, завязывай со своим ремеслом, Мирус тому свидетель оно погубит тебя.
– Я подумаю над вашими словами.– Пообещал в свою очередь наемник, давно уже определившийся со своим жизненным путем.
– Надеюсь так и будет. А теперь прощай.
Аэрон мягким бесшумным шагом, направился к гостиному двору. Фред поплелся, следом пережёвывая недавний разговор. Возле почтовой кареты уже успела сгрудиться толпа. Все, кто вынужденно пребывали на постоялом дворе, дружно бросились атаковать возницу, спеша занять свободные места, которых не так уж-то и много насчитывалось с учетом, что внутри находились ранее севшие пассажиры.
– Максимум четыре человека, больше взять не могу, у кого есть дети могут посадить их к себе на колени.– Отбивался, загоревший до черноты грум от напиравшей по бокам разноголосой толпы. Находились даже согласные ехать рядом с ним на козлах. Больше всех естественно возмущались те, кто не попадал в число счастливчиков успевших первыми занять места, выказывая свое негодование ни в чём неповинному вознице. Один немолодой уже мужчина в импозантной шляпе с пером на высокой тулье пошутил, предложив – давайте устроим аукцион, кто больше заплатит тот и поедет. Грум не возражал против проведения подобного мероприятия, скалясь выщербленными зубами. В ответ сидевшие категорично выражали своё полное несогласие с такой постановкой вопроса, грозя пожаловаться, в соответствующие инстанции, в какие именно, правда, никто из них не уточнял. Назревал конфликт, грозящий перерасти в столкновения с возможными последствиями. И не было поблизости никакой силы, чтобы выступить в роли третейских судей. Рыцари намордников демонстративно не вмешивались в дела мирские, если конечно у них там не присутствовал определённый интерес.
– Пропустите, пропустите немедленно меня!– внезапно в окружавшую повозку живую цепочку рассерженных людей разорвал Йозеф Кранчик,– мне надо ехать в первую очередь!– истерично заверещал он, пытаясь оторваться от держащих рук его.
– Куда тебе ехать, ты, что умом тронулся, у тебя же погорело пол двора.– Недоумевали бывшие постояльцы, не желая его пропускать.
– Я буду жаловаться властям!– разорялся Йозеф, не слушая никого.– Я не собираюсь оставлять так просто это дело! Меня разорили! Уйдите с дороги! Я должен ехать!– зайдясь криком в истерике, бросился он на решительный штурм кареты.
Ситуация резко поменялась: первые сидевшие и вторые желавшие стать первыми объединились теперь, против третьей стороны.
– Куда прёшь!– посыпались на него со всех сторон оскорбление и тычки.– Не видишь, мест не хватает на всех!
