Она сделала паузу, словно рассчитывая на такой же вопрос. К сожалению, мне было плевать на ее выходные. И не плевать на то, что она перестала вонзать в землю лопату.
В итоге она вздохнула.
— Ну ладно, вернусь к работе.
К нам прискакал Джесси. Его взгляд заметался между мною и Кэт.
— Я все. Надо еще что-нибудь сделать?
Я огляделся. Кое-какая работа еще оставалась, но ребята и так за день упахались, расчищая этот кошмар. Плюс мне уже надоело смотреть на них.
— Не, вы оба можете уходить.
Кэт подняла лицо.
— Правда?
— Сегодня вы порадовали меня хорошей работой, поэтому я в настроении вас наградить. Не вынуждайте меня передумать. Идите домой.
Она отдала мне лопату.
— Вау. Круто. Спасибо, Люк.
— Да, спасибо, — повторил Джесси.
Я помахал, чтобы они уходили. Когда они пошли по дорожке, я услышал, как Джесси что-то ей шепчет.
Бедняга. Возможно, мне стоило перестать разыгрывать из себя сторожевого пса.
Ко мне подошел Джордж Мердок, который был моей правой рукой. Он снял свою грязную кепку и, вытерев лысину, снова надел ее.
— Отправил детишек домой?
Мне нравилось его предельная немногословность. Благодаря ей мы и проработали десять лет безо всяких проблем. Другие члены команды часто менялись, но только не Джордж.
— Да, осталось только убраться. Ты, если хочешь, тоже можешь закончить пораньше.
Он отошел, пока я еще говорил, и стал приводить двор в порядок. Я мысленно улыбнулся. Мне нравился этот старый ворчун. Друзей у меня, в общем-то, не было, но Джордж был к этому определению ближе всего. Иногда, закончив заказ, мы выпивали вместе по пиву, и мне было комфортно, ведь Джордж не пытался заполнить паузы бессмысленной болтовней.
Убрав мусор и сложив инструменты, я двинул к машине и увидел рядом с ней Джорджа. Он протянул мне пластиковый контейнер.
— Чуть не забыл. Там печенье. Син испекла для тебя.
Они с Синтией были женаты около тридцати лет и вырастили пятерых дочерей. В их глазах, как мне казалось, я выглядел жалким, но эта жалость снабжала меня самым вкусным шоколадным печеньем на свете — а иногда даже мясной запеканкой, — поэтому развеивать их заблуждение я не спешил. Я взял контейнер.
— Вы с ней слишком добры ко мне.
Джордж хмыкнул.
— Хочешь, выпьем по пиву?
— Не сегодня. Надо домой. С вами ведь теперь снова стала жить Стелла?
— А почему, как ты думаешь, я не спешу уезжать? Дома с утра до вечера ор. Как будто у нас поселились дикие кошки.
Я, пряча усмешку, сжал губы. Джорджу, судя по виду, было совсем не смешно.
— Как-нибудь в другой раз, — сказал я.
— Ладно. Тогда поеду, пока они там не поубивали друг друга.
— Давай.
Джордж тяжело вздохнул, сел в свой старенький «шевроле», и я помахал ему вслед.
Погрузив инструменты в фургон, я уселся за руль и поморщился — заболела спина. Я проглотил две таблетки ибупрофена из пузырька, который держал в бардачке, и завел двигатель.
Мои клиенты жили, по большей части, на юге, и этот исключением не был. Дорога на мой берег острова занимала не менее часа, но я не жаловался. Богачи, населявшие юг и восток, пополняли мои сбережения в банке, в то время как средний класс из рабочих районов помогал платить по счетам. Чтобы мой маленький бизнес работал, мне были необходимы и те, и другие.
Добравшись до дома, я оставил покрытые грязью ботинки на переднем крыльце и зашел внутрь. Подождал хорового «привет, пап», обычно инициируемого Микой, но услышал лишь тишину. Нахмурившись, я заглянул в гостиную. Никого. Потом на кухню. Везде было пусто.
Я поднялся наверх. Дверь в комнату Мики была открыта, но самого Мики там не было.
Из комнаты Шелли донеслась музыка. Я чуть не вломился туда, но вовремя вспомнил нотацию, которую она прочитала мне в прошлый раз, когда я вошел без объявления, и постучал.
— Шелли?
Внутри что-то стукнуло, и музыка выключилась. Шелли открыла мне, жуя леденец. На ней были леггинсы и обрезанный топ, и я сразу нахмурился, но Надя просила не комментировать ее выбор одежды, поэтому я промолчал.
— Привет, все нормально?
— Да, делаю уроки.
— Где твой брат?
Шелли закатила глаза.
— С Адрианой.
Андриана Костиган не была моей дочерью — и тем не менее доставляла мне немалую головную боль. Ее отец предположительно был домашним тираном, но разве почти все подростки не ненавидели своих стариков? Ее мнение было предвзятым. Я знал только то, что она окрутила моего сына россыпью своих белокурых волос. Они ходили в разные школы, а познакомились в интернете, в чате какой-то игры или вроде того. Мика божился, что они просто друзья. Но зачем держать папу за идиота? Судя по тому, сколько Мика болтал о ней, он был наполовину влюблен.
— Что с ней опять?
— Без понятия. Как всегда из-за чего-то страдает. Они пошли в парк.
Я не хотел забивать себе голову проблемами чужого ребенка.
— Ладно, спасибо за информацию.
Шелли выгнула бровь.
— У тебя все? Мне еще экономику делать.
Я выбросил руку вперед и стал щекотать ее, и она, взвизгнув от смеха, шлепнула меня по руке.
— Пап, уходи! — А потом захлопнула дверь.
Фыркнув, я пошел к себе в спальню и через тридцать секунд уже стоял в душе, подставляя лицо струям воды и смывая с себя грязь и пыль прошедшего дня.
