Видимо, прикосновение к чувствительным нервам между моих ягодиц было моим криптонитом. Как только он начал ласкать мой вход языком, у меня подогнулись колени, и я навалился на стол, пытаясь сдерживать хриплые стоны. Получалось не очень. Ощущение — такое странное поначалу — стало неописуемым. Дразняще волшебным — и в то же время недостаточно сильным. Это была настоящая пытка. Он вонзался в меня кончиком языка, пока я не стал умолять.
— Люк, ну же…
Надлом в моем голосе пробудил в Люке зверя. Превратившись в пещерного человека, он взвалил меня на плечо и, не спрашивая моего мнения, поволок меня в спальню. Я, впрочем, был только за. На лестнице мы чуть не расшиблись, потому что я не мог перестать его трогать. А когда мы добрались до кровати, меня вознаградили такой мощной долбежкой, что когда он врезался в меня, я вновь и вновь видел звезды.
— Да, — прошептал я, прижимая колени к груди. — Именно так.
Люк удвоил усилия. Его бледно-голубые глаза превратились в тонкие щелки за каймой темных ресниц. То, что он всю дорогу смотрел на меня, до такой степени возбуждало, что я не выдержал и взялся за член. Я ласкал себя, и все время, пока он был во мне, мы смотрели друг другу в глаза.
— Хочу, чтобы ты кончил прямо в меня, — прохрипел я еле слышно. Моя рука ускорилась, и я перестал думать связно. — Хочу ощутить твой большой член без резинки.
У Люка раскрылся рот. И в его стонах впервые послышались нотки отчаяния. Его пальцы стиснули мои бедра.
— Обойдусь пока твоим ртом.
Смысл этих слов дошел до меня только после того, как он выдернул из меня член. Сорвав презерватив, он до упора воткнулся мне в рот. Я в тот же миг кончил, перепачкав всю свою грудь, а он излился мне в горло.
Думать после такого было решительно невозможно.
Мои веки закрылись. Меня, как обычно, сморил посторгазменный сон, но почувствовав на себе вес твердого тела, я сразу проснулся.
— Извини, — пробормотал я. — Скоро уйду.
— Заткнись.
Я заткнулся.
Того, что произошло дальше, я точно не ожидал. Вместо того, чтобы, ворча, выставить меня за порог и стереть все следы моего пребывания в его спальне, он окружил меня лаской. Его руки поглаживали мою кожу, нос терся о мою грудь, а язык собирал влагу моей кульминации. Я чувствовал, что вот-вот заурчу, как довольная кошка.
— М-м… Ты не даешь мне достаточно мотивации, чтобы поднять задницу и свалить.
— У нас есть еще время.
Влажный жар его рта окружил мой сосок. Он присосался к нему, и я застонал.
— Черт. Ты… ты делаешь со мной вещи, о которых я никогда даже не думал.
Люк взглянул на меня сквозь спутанные пряди черно-серебристых волос. И отпустил мой сосок, напоследок слегка его прикусив.
— Расскажи поподробнее.
— Ну… — Я облизнул губы. — Ты первый мужик, который оттрахал меня до отключки. Ты сделал мой первый римминг… и я реально не знал, что у меня настолько чувствительные соски. Будешь продолжать в том же духе, и у меня опять встанет.
На его губах заиграла порочная усмешка.
— Будь у нас больше времени, я бы продолжил.
— М-м…
Люк вновь принялся вылизывать мою грудь, и я смежил веки. Когда я зарылся в его мягкие волосы пальцами, он не оттолкнул мои руки. И его, кажется, не напрягало то, как вольготно я раскинулся у него на кровати. Медленное исследование моего тела было таким расслабляющим, что я опять задремал. И проснулся лишь после того, как ощутил на себе что-то гладкое и холодное.
— Мне скоро идти.
Я сразу открыл глаза. На моем животе стояла тарелка. Но вместо бутерброда с арахисовой пастой и джемом, на ней лежал сэндвич с индейкой, помидором и сыром. Что было рангом повыше. Еще на фоне играла музыка. Pearl Jam. Вот это да.
— Вау, да у тебя сегодня по-настоящему хорошее настроение.
— Не порти его подобными комментариями.
Я фыркнул и сел. Потом прислонился к спинке кровати и вонзился в сэндвич зубами. Секс разжег во мне аппетит. Я ел с нескрываемым удовольствием и не стеснялся вдыхать восхитительный аромат, хотя Люк наблюдал за мной с края кровати.
— Парень, у тебя все хорошо?
— Не.
Люк поднял бровь.
— Нет?
— В смысле сейчас все отлично, но в остальном просто жопа.
— Из-за того, о чем ты говорил в прошлый раз?
Я расправился с остатками сэндвича и кивнул.
— У меня сложная ситуация. Чаще всего мне просто хочется… — Продолжение было слишком уж жалким, и я замолчал. Потом покосился на Люка. Он очень внимательно смотрел на меня. — Чаще всего мне просто кажется, что все бессмысленно и бесполезно.
— Объясни.
— Ну… — Я сделал неопределенный жест, пытаясь подобрать такие слова, которые не раскрыли бы слишком много. — Просто… просто я пустое место, и все.
Люк убрал тарелку с кровати. Я ожидал, что он выдаст какую-нибудь банальность и сменит неловкую тему, но он продолжал буравить меня пристальным взглядом.
— Ты чувствуешь себя пустым местом, потому что впустую растрачиваешь время. Реши, что ты хочешь, составь четкий план и воплоти его в жизнь. — Когда я ничего не ответил, он продолжил. При разговоре вживую он еще не выдавал таких долгих речей, и осознать это было странно. — Ты уже думал об этом. Скажи, что у тебя на уме.
