Долго думать на эту тему не пришлось. В одну из суббот меня вызвал к себе Вадим Сергеевич, как всегда к себе домой и как всегда через Вадьку.
– Ну, как работа? – спросил Вадим Сергеевич, когда я зашёл к нему в кабинет, сел и закурил, по его предложению, свой «Кэмэл».
– Работа как работа, – сказал я, – в общем, нормальная.
– Нормальная – это хорошо, – сказал Вадим Сергеевич, – но, думаю, тебе пора переходить на следующий уровень. Полюбовался на машины – пора на них ездить. Теперешняя работа у тебя такая: у нас в Калининграде филиал, иногда мы отсюда туда перегоняем машины. Этим ты и будешь заниматься. Водишь хорошо?
– ГАИ не жалуется, – сказал я.
– Пожалуется – успокоим, – обронил Вадим Сергеевич, – но что не жалуются – хорошо. Едешь в Калининград через Литву, конкретно – через Вильнюс. В Калининграде, в Вильнюсе бывал?
– Не случалось, – сказал я, – один раз только в Таллинне, со школьной экскурсией.
– Ну, теперь посмотришь. Калининград – ничего особенного, а Вильнюс прекрасен. Гора Гедиминаса, Собор Петра и Павла, Арсенал, Барбакан… Поездки будут не утомительными, не бойся. До Вильнюса семьсот километров. Там тебя встретят и определят на ночлег. Утром едешь в Калининград. Там тебя тоже встретят. Отдашь машину, получишь расписку и билет на самолёт. Возвращаешься воздухом. Утром сразу сюда, отдаёшь расписку и, если будут, устные сообщения – и то и другое только мне. И два дня в твоём полном распоряжении. Два дня и две ночи, хватит и на Люду и на Дашу. Мне в твои года хватало.
И, заметив, что мне этот разговор неприятен, сказал:
– Извини. В Вильнюсе поставишь машину на привокзальной площади, у гостиницы «Гинтарас». Человеку, который тебя встретит (время я тебе скажу), Александру Петровичу (опять Петрович, с тоской подумал я) – подаришь сувенирчик, который я тебе дам. Переночуешь – и в Калининград. Там уже наш салон, адрес я тебе тоже дам. Отдашь машину Ивану Карловичу, получишь расписку, ну да что я тебе повторяю, голова у тебя молодая, запомнишь с первого раза. Транзит через Литву у нас налажен. Тебе уже делают паспорт с многократной визой, в среду получишь его и литы, это литовские деньги – и вперёд. Оплата не бог весть какая, но побольше, чем получал до сих пор. Хватит и на литовские цеппелины, и на японские суши по возвращении. Если будут какие вопросы – только ко мне. Ну, дуй!
За несколько дней до поездки я заехал к родителям, которых, особенно в последнее время, не баловал визитами. Мама говорила, что я наношу им «докторский визит» – ровно десять минут.
– Ты не приходи пару месяцев, – говорила она, – собери по десять минут, а потом приди на час, угощу тебя варениками, которые ты любил, пока не стал такой деловой.
– А что это за новая работа? – спросил более прагматичный отец.
– Пока ещё не знаю, – вяло отбрехивался я.
– Многие знания порождают многую печаль, – процитировала домашняя библиотекарша, – хотя нашему сыну такая печаль, по-моему, не угрожает. Выслушав все наставления и приведя в порядок купленную мною месяц назад микроволновку, я расцеловал родителей и сбежал.
Новая работа нравилась мне куда больше предыдущей. Калининград меня не заинтересовал, несмотря на свою необычность: там ещё сохранились развалины времён войны, которые я раньше видел только на газетных и книжных фотографиях. Но Вильнюс меня покорил. Выезжая рано утром, к часу дня я был уже в литовской столице, минуя по пути Белоруссию. К моему удивлению оказалось, что с Литвой у России нет общей границы, если не считать границу с Калининградской областью. Повстречавшись с Александром Петровичем, передав ему сувенир от Вадима Сергеевича и оформив номер в гостинице, я на весь день оказался предоставленным самому себе. Обычно от гостиницы я спускался по узкой улочке до средневековых Острых Ворот, проходил сквозь них и шёл старинной красивой улицей – мимо нескольких костёлов, православного Духова монастыря до ратушной площади. Потом по такой же старой улице, где обязательно пил вкусный кофе с каким-нибудь литовским пирожным, не торопясь шёл к главной площади столицы, где возвышался Кафедральный Собор, за которым высилась гора с руинами средневекового замка – башня князя Гедиминаса, основателя города. Замечательные кафе, уютные пивные бары с великолепным обслуживанием, доброжелательные люди, не похожие на то жлобьё, что наполняет питерские бары, где продают бессовестно разбавленное пиво – короче, Вильнюс нравился мне всё больше и больше, и я был совсем не против оставаться на этой работе как можно дольше. Но, как известно, всё хорошее кончается быстро.
Однажды, когда я был вызван к Вадиму Сергеевичу, я застал в его кабинете человека примерно того же, что и мой хозяин, возраста с такой же, явно выдающей их общую профессию, выправкой.
– Андрей, – сказал Вадим Сергеевич, – это Виктор Семёнович, мой друг и коллега. С завтрашнего дня ты поступаешь в его полное распоряжение. В полное – это значит, что его приказы ты выполняешь так же неукоснительно, как мои.
