– Конечно, тебя приглашают не всегда, – выслушав меня, сказала Анна Михайловна. – Это хорошо. И в ответ на моё недоумение пояснила: – Понимаешь, в этой системе есть два разряда, ну, как ещё это назвать, ну хоть – класса людей. Люди, которые знают, если детализировать – то оценивают, разрабатывают и так далее. Они, естественно, и командуют. И люди, которые делают, исполняют. Эти два класса никогда не смешиваются. Можно себе представить такой вариант, когда человек из второго переходит в первый. Но это исключение из правил и исключение редчайшее. Для тебя этот вариант закрыт. Там, наверху, люди из одной корпорации. Корпорации очень закрытой, ты для них чужой. Я, может быть, и могла бы тебя туда протолкнуть, есть у меня для этого кое-какие рычаги, но делать этого не буду, для твоего же блага. И моего тоже, – она погладила меня по щеке. – Понимаешь, для людей, которые делают, есть граница. Переступать которую крайне опасно. Они делают, не зная. А вот когда они и делают и знают, они становятся опасными для тех, которые только знают и отдают приказания. И в таких случаях система их выталкивает. И ты можешь догадаться – куда. Твоё сегодняшнее место для тебя потолок. У человека ниже тебя – больше риска. Выше – я говорила. Так что сиди спокойно в своём салоне – где ещё у тебя будет такая комната отдыха с таким шикарным, а главное, удобным диваном?
Работа особых хлопот мне действительно не доставляла. Бывали иногда клиенты чересчур разборчивые, бывали – таких больше – чересчур занудные, но с помощью незаменимого в таких случаях Игорька я с ними справлялся. Но однажды у меня раздался звонок и голос моего зама сказал:
– К вам ломится клиент, приготовьтесь.
Через секунду ко мне без стука ввалился субъект с решительным выражением на пухлом, несколько бабьем лице, и без приглашения плюхнувшись в кресло, заявил:
– Ты что, милок, за лоха меня держишь? Ты чё мне продал?
– Простите, – сказал я, – э… э… – и, подняв брошенную мне на стол визитку, закончил, – Кирилл Алексеевич. Если можно, подробнее о вашей, так сказать, проблеме.
– Это не моя проблема, – сказал, по Дашкиному определению, «солидняк», – а твоя. Месяц назад я купил у вас «Мерседес». Всё честь по чести. Но на всякий случай решил проверить. В Германии я по делам бываю каждый месяц. Ну и проверил. Оказывается, мой «мерс» с прошлого года числится там в угоне. Показал его здесь специалистам – точно, именно мой, купленный именно у вас. Желаю по этому поводу говорить конкретно с твоим хозяином. Ведь не ты хозяин этой конурки. Верно?
– Верно, – сказал я, – я сегодня же доложу ему. Он, разумеется, разберётся, максимум завтра мы вам позвоним. Не сомневаюсь, что проблема будет решена. То, что произошло, поверьте, просто недоразумение, до сих пор подобных случаев у нас не бывало. А пока, может, рюмочку французского коньяку?
– Рюмочку, – фыркнул «солидняк», – ты бы ещё предложил напёрсток! Наливай стакашок, только не думай, что этим меня задобришь.
Он залпом выпил бокал коньяка и, не попрощавшись, вышел так же стремительно, как и вошёл. Я тут же позвонил Георгию Карповичу и изложил ситуацию.
– Разберёмся, – сказал тот, – диктуй номер.
Через два дня я был вызван в офис шефа.
– Значит, по поводу нашего говнюка, – сказал шеф и, заглянув в бумажку, поправился, – Добнюка, дал же Бог фамилию! Мужик наглый до предела. Как говорят на зоне, борзеет не по чину. Хочет новый «Мерседес» – это ладно, но за моральный ущерб требует полмиллиона долларов. Моральный, видите ли, ущерб! Разбогател на контрабанде цветных металлов в Прибалтику и решил, что держит Бога за яйца. Пытаюсь договориться – упёрся и ни в какую. Значит, решаем проблему по жёсткому варианту. Ты как, не забыл свою первую профессию?
Тут я, честно говоря, похолодел, но Георгий Карпович этого, кажется, не заметил и продолжил:
– Послезавтра у нашего скандалиста корпоративная вечеринка в ресторане «Привал охотника». Это под Сестрорецком. В семь вечера тебя у дома ждёт Жигуль, машина чистая, скромная, гаишникам неинтересная. Не доезжая до ресторана, останавливаешься вот здесь, смотри на плане и запоминай. Место такое – тебя не видно, ты видишь всех. Когда машины разъезжаются, ты заходишь в ресторан с чёрного хода. Он будет открыт. Наш жирный Дон Жуан клюёт на молодую красотку и остаётся в ресторане. Там на втором этаже три номера для любвеобильных клиентов. Он – во втором. Ты ждёшь вот здесь. Они заходят в номер, через пять минут красотка выходит по каким-то дамским надобностям, ещё через три минуты туда заходишь ты. И убеждаешь его больше не приставать к нам со своими глупостями. Средство убеждения найдёшь в «Жигулях» под сиденьем водителя. Выходишь, как вошёл. Садишься в машину и едешь до метро «Озерки». Там оставляешь машину, естественно, без следов своего присутствия, и как рядовой обыватель, катишь на метро домой – или куда заблагорассудится. Разумеется, позвонив мне на мобильник буквально с парой нежных слов. Я пойму. Должен ещё заметить, что отдельные поручения и оплачиваются отдельно. Разочарован не будешь.
