Еще в больнице, когда я пришел в сознание, были попытки рассказать все маме. Но она поначалу только рыдала, не в силах поверить в смерть отца, а после нашла утешение в другой эмоции – злости. Мои рассказы о тварях она воспринимала в штыки, так, будто я пытался очернить последние мгновения жизни ее любимого человека, специально увеличивая ее боль. Мама кричала. Требовала прекратить нести бред, а после началась череда докторов и диагнозов. И я замолчал. Конечно, пришлось полежать какое-то время в детском отделении психиатрического центра, но быстро разобравшись, что выгоднее держать язык за зубами, я смог вернуться домой и продолжить нормальную жизнь. Быть нормальным – одновременно и девиз, и наказание. Насмешка, моя личная, над самим собой.
Как бы там ни было, но после той аварии мой блок слетел окончательно. Я больше никогда не переставал видеть то, за что меня называют психом. Сначала это пугало, но со временем начало даже раздражать. Представляете, какого сидеть в кабинке общественного туалета, когда мимо, не замечая таких условностей, как стены, неспешно проходит призрачная масса, отдаленно напоминающая человека? Или же когда романтический ужин с девушкой переходит к самой интимной части, но взгляд натыкается не на ее верхние девяносто, соблазнительно обтянутые полупрозрачным кружевом, а на тварь, проворно спускающуюся по потолку сквозь потолок. Помню после той ночи оказалось, что сосед сверху скончался от инфаркта.
Тогда же, в студенческие годы, я и пристрастился к алкоголю. Но о его «полезности» я уже рассказывал. Хотя… Какая разница от чего сдохнуть – от алкоголизма или того, что меня сожрут? Все это лишь моя слабость… Способ закрыть глаза. Да, я слаб и признаю это.
Но не будем больше о прошлом. Пока я нахожусь здесь мне недоступен даже такой херовый способ избежать проблем, как нажраться до потери пульса.
Сейчас лишь стены палаты и жидкая каша на подносе. Интересно, а с помощью него меня попытаются убить?
– Авдеев? – Санитар сверился с каким-то списком, кивнув своим собственным умозаключениям. – Пора прогуляться.
– Даже в сад выпустите? – с усмешкой поинтересовался я, понимая, что подобное мне не светит.
– Да хоть в Дубай, – загоготал амбал в халате. – Пошел бегом!
Сегодня я удостоился неожиданной чести – ел в общей столовой. Да, меня признали достаточно спокойным пациентом, для «выхода в свет». Мне даже удалось завести знакомство. Довольно интересное. Настолько, что на нем я остановлюсь подробнее.
Столовая располагается на первом этаже центра. Ничего примечательного, кроме десятка столов с одинаковыми пластиковыми стульями и окна раздачи, разве что чахлое алоэ в огромном, явно не по размеру для этого растения, горшке могло притянуть хотя бы мимолетный взгляд.
Я вяло пережевывал хлеб с сыром, когда ко мне подсела миловидная девушка. Если бы не ее ярко-рыжие, завязанные в растрепанный пучок волосы, возможно я бы и не запомнил своей собеседницы, но она показалась чем-то сродни солнцу, вдруг заглянувшему к заблудшим душам. Слишком яркая. Слишком нор-маль-ная…
– Привет, – сказала она. – Зоя, – протянув узкую ладошку, девушка сама подхватила мою, быстро пожав, – я заметила, что ты ведешь себя не так, как остальные. Надеюсь, не ошиблась и не подошла к маниакальному синдромщику.
Я мысленно хмыкнул. Мог ли я казаться спокойнее остальных? – Да. В этом вопросе чутье девушку не подвело. Я не раскачивался на стуле, как парень в дальнем углу и не залипал в одну точку, как парочка психов напротив. Даже не бормотал себе под нос, а лишь молча кривился, пытаясь пережевать зачерствелый хлеб. Наверное, психов не волнуют такие мелочи, как отвратная кормежка? Меня же она бесила.
– Привет. Вадим, – представился я, отложив бутерброд на тарелку. Есть не хотелось, а тех крох, что уже успели упасть в желудок, должно было хватить, чтобы не загнуться от приступа острого гастрита. – Не маньяк, но может просто мой психоз проявляется в чем-то другом? – сказав это я почувствовал, как мои губы растягиваются в кривой усмешке.
– Ой, да брось, – отмахнулась Зоя, – у восьмидесяти процентов населения Земли та или иная форма шизофрении. Главное, что ты не опасен, а насчет этих, – ее пальчики очертили круг над головой, словно обводя столовую, – тут только те, кто спалился. Или те, кто вовремя отучился в медицинском. – Зоя кивнула в сторону двух докторов, неспешно прошедших мимо столовой. – Своеобразное алиби, до поры до времени.
– Думаешь? – Я читал что-то подобное, но вот слова о «белых халатах» заставили посмотреть на ситуацию глубже. – Они кажутся тебе психами?
Девушка кивнула. Она так и не притронулась к обеду, лишь отхлебнула сладкого чая, быстро отставив чашку в сторону.