Быть пилотом «Формулы-1» полностью

Такая зацикленность — это преимущество или недостаток? Можно сказать, что способность сосредоточиться — это хорошо, но, как следует все взвесив, я скорее считают это недостатком. Если я показывал плохой результат, он давил на мою психику, и никак не получалось об этом забыть, до такой степени, что это портило мне жизнь.

Думаю, что именно поэтому 17 лет гонок меня порядочно измотали, как ментально, так и физически. Поэтому я ушел. Сил больше не осталось.

Резюме: Не бойтесь проиграть и постарайтесь, если получится (а если у вас получится, значит вы сильнее меня), не дать поражениям испортить вам жизнь.

Все врезаются. Фокус в том, чтобы оставить аварию позади. Одна из причин, по которым ты продолжаешь ездить после серьезного столкновения, — ты выжил, и ты смотришь на себя и думаешь: я въехал в стену на скорости 220 км/ч и я еще жив. Как это возможно? Потому что в обычной машине ты бы погиб, превратился бы в блин толщиной в миллиметр, а в болиде «Формулы-1» тебя окружают всякие приятные штуки: монокок сделан из углеродного волокна, есть смягчающий удар подголовник, на голове — углеволоконный шлем, а еще — система защиты шеи и головы HANS, которая не дает голове резко дергаться вперед, чтобы не сломать шею.

Да и сами автодромы построены с учетом требований безопасности. Это раньше можно было просто навалить кучу шин. Теперь конструируют действительно безопасные ограждения.

И вот ты сидишь в безопасной машине на безопасной трассе, вокруг — аппаратура по последнему слову техники, у которой одна цель — твоя безопасность. Но все равно, ты не хочешь врезаться, и дело не только в том, что это обидно и дорого, и у всей команды из-за этого уикенд насмарку. Ну, во-первых, всегда есть шанс, что случится неприятность, вдруг что-то пойдет не так и эти меры безопасности не сработают или их окажется недостаточно. Потому что это стремно — попадать в аварию.

Во-вторых, бесстрашие не помогает быть хорошим гонщиком. Бесстрашные (читай: безответственные) гонщики не доезжают до финиша. К примеру, «Безумный» Макс Ферстаппен в свое время прошел через период бесстрашия, много бился, но потом стал более осторожным и теперь пилотирует гораздо лучше. Вспомните Ники Лауду, который в 1976 году продемонстрировал невероятную смелость, вернувшись в спорт всего через три гонки после аварии, в которой он чуть не расстался с жизнью. Последняя гонка в сезоне проходила в Японии под дождем, кошмарная погода, и Лауда снялся, отказался ехать, уступив тем самым чемпионство Джеймсу Ханту. Каким бы бесстрашным он ни был, но он осознавал опасность и видел, когда стоит отступить и сказать: «Я не супергерой».

Резюме: Есть большая разница между смелостью и безрассудством, но ее начинаешь понимать с возрастом и опытом.

• Пилотируй с удовольствием

• Учись с удовольствием

• Держи себя в форме, морально и физически

• Не будь придурком.

Со временем я понял одну вещь: мы не гонщики «Формулы-1», мы просто гонщики. Нам нравятся любые гонки. Еще одно преимущество того, что я ушел из «Формулы» — у меня появилась возможность попробовать себя в других видах гонок, и это по-настоящему прекрасно.

В скорости ли тут дело? Может, это что-то мальчишеское? Нет. Не думаю. Как-то раз я пилотировал реактивный самолет Learjet — я арендовал его, и пилот дал попробовать. Странная штука — поворачиваешь, и, если не потянуть штурвал на себя, нос ныряет вниз.

А еще поворот всегда начинается с хвоста самолета, поэтому всю дорогу у тебя избыточная поворачиваемость, а я ее просто не переношу; так вот я поворачивал, и поворот шел с хвоста, а не спереди, ощущение очень странное. Бррр.

Еще как-то раз я управлял винтовым самолетом. Даже зашел на посадку над островом Гернси; было довольно круто, особенно учитывая, что в Гернси мы и должны были сесть. Я, конечно, разрешил пилоту взять управление, когда мы достаточно снизились.

Так вот у меня нет желания участвовать в гонках на самолетах или на лодках. Мне нужно, чтобы были дорога и колеса. И желательно, чтобы их было четыре штуки. Как-то раз я ездил на трехколесном автомобиле и не очень его понял, было странное чувство. Я вожу машину скорее задницей, чем руками или ногами, я так чувствую автомобиль, и мне для этого нужно два колеса сзади, которые будут соприкасаться с дорогой.