Под мягкой кожей переливались тугие мускулы, и жар, исходящий от него, зажигал все внутри меня. Даже не обращая внимания на мое сопротивление, он мягко поцеловал каждый палец на руке.
— Мы почти ничего не знаем друг о друге… — растерянно пожала плечами. — И вообще, мы же с тобой не малолетки, чтобы не понимать, как это важно.
Вижу, как он глубоко втягивает носом воздух, шумно выдыхает:
— Как все серьезно… В бардачке колымаги просто кладезь полезных вещей. Может и парочка презервативов найдется… — он наклонился и поцеловал меня еще раз, теперь уже в лоб. — А с другой стороны — там снег идет...
— Чем, собственно, перед тобой снег провинился? Снег — это очень даже хорошо.
— Ладно, пусть будет снег!
— Спасибо, — прошептала в ответ, касаясь губами его губ.
— Ага. Спасибо, конечно. Только “спасибом” не отделаешься.
Пряча бьющую через край улыбку, Руслан вскочил с постели, взъерошил волосы пятерней. Цапнул с пола вещи. Стал наскоро натягивать их обратно.
— Никуда не уходи. Я сейчас вернусь, — произнес, балансируя одной ногой в штанине.
Чудом не рухнул. Я закашляла в кулак, с трудом сдерживая смех, упрямо рвущийся наружу.
— Куда же я уйду, в таком виде? — прижала к себе конец одеяла.
— И правильно, — кивнул мне. — От судьбы никуда не уйдешь.
Ох, какой безапелляционный тон! А лоб-то, лоб как нахмурил!
Торопясь, он поспешил на улицу, не совсем удачно вписавшись в дверной косяк. Выходя, замешкался, слегка ударившись лбом о притолоку. И что стало с тем хулиганом Щенковым?..
Довольная откинулась на подушку. Чтобы я… Чтобы с ним… Кто бы подумал? Даже зажмурилась от потенциального удовольствия. Мне оставалось только и думать о хорошем, черпая умиротворение из космоса. Я не пыталась подобрать высокие имена своим ощущениям, я просто знала, что они есть, что моя жизнь наполнилась до краев чувствами и эмоциями, которые доселе мирно дремали где-то на самых подкорках моего сознания. Господи, как подумаешь… Тьфу-тьфу, чтобы не сглазить!
Жизнь плыла за окном летучей картинкой. С улицы доносились голоса молодой, веселой/пьяной компании, они буйно, до изнеможения, орали, обнявшись — “как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!”.
— Здорово, конечно. Кто спорит?.. - хмыкнула я.
А сама думаю, ничего себе — приключение! Такое не нафантазируешь. Да и ладно, пусть будет приключение, раз оно само навязалось. Подняла вверх руки, с интересом рассматривая собственные пальчики и маникюр. Идеально черный лак немного отрос. Пора бы обновить…
Меня привел в чувство колокольчик, от которого я дернулась. На телефон Руслана пришло несколько сообщений.
Настя — высветилось на дисплее...
Глупое сердце от этого взлетело под горло, а после стремительно обвалилось в живот. Я держала в руках маленькую черную “шкатулку” тайн Щенкова и думала о том, что чужие письма читать нехорошо. Но пальцы как-то сами нажали на кнопку…
Ткнула в значок на главном экране.
Настя:
"Руслан, ты в порядке?"
Пока я тупо смотрела в телефон, пытаясь разгадать, кто такая Настя (миниатюрная девушка с густой рыжей косой) он снова ожил. Я с жадностью впилась глазами в строки:
Настя:
"Нам пришлось так быстро расстаться вчера. Мне не дает покоя мысль, что наш долгожданный вечер начинался так замечательно… а закончился странно." (Дальше стоял грустный смайлик.)
Я с недоумением гипнотизировала дисплей. Какое-то время собеседница что-то печатала, а во мне расправляла крылья тревога.
Настя:
"P.s.
Надеюсь моя машина тебя не подвела на дороге! Хотя... какая она моя?))) Теперь твоя!"
Услужливая паранойя тут же стрельнула наугад: у Щенкова есть девушка! Перестала дышать, а потом вспомнила, что надо и резко вздохнула:
— На что я трачу свое время??? — медленно начала тонуть в сожалении и отчаянии. — Стоило ему подмигнуть — я тут же, как какая-то собачонка, встала на задние лапки и начала прыгать. Оп! — я сделала стремительное движение рукой. — И ноги перед ним раздвинула! А если, он это все специально придумал, чтобы я никуда не пожаловалась? — возмущение подбросило меня вверх, поставило на ноги.
Взбудораженные мысли забегали, как тараканы. Я хлопнула по лбу, чтоб как-то заставить их успокоиться. К моему удивлению в голове сразу посветлело.
— Как лживо устроен мир! Щенков красив снаружи, а внутри — ветошь и ржавые железки. Как будто я и раньше не видела, что он за человек.
У меня аж ладони взмокли.
Вдох.
— Хорошо.
Выдох.
— Ничего хорошего. Противно, сил нет.
В голове утренней звездой сияла мысль — дура! Развели, лишь бы язык за зубами держала…
Меня всю просто заколотило. Дрожь внутри распространилась по телу и возбудила все мои клетки.
— Значит, вот в чем дело! Он играл со мной! Опять, — пару раз истерично пнула стул.
Горло сдавил сильный спазм, будто по нему провели чем-то холодным и шершавым.
— Какая я слепая, боже мой… Учит меня жизнь, учит этой самой мудрости, и никакого толку.