Проигнорировав риторический вопрос, девушка с трудом выпрямилась, болезненно щурясь от бивших в глаза лучей заходившего солнца, и увидела впереди уже менее чем в километре невысокие, кирпичные стены Шибани.
Поскольку благородный пассажир так и не показался, лжеторговцы кланяться не стали, но пропустили его транспортное средство вперёд.
Ужасно хотелось пить, но доставать фляжку из корзины Платина не стала, опасаясь, что сама уже не сможет взгромоздить короб на спину, а просить о помощи Сашку в его положении будет верхом наглости.
У ворот в квадратной башне образовалась небольшая толпа. Стражники проверяли именные таблички у нескольких желающих поскорее попасть в город дворян. За их фургонами терпеливо дожидались своей очереди возницы с тремя гружёными повозками и трое крестьян. А уж за ними встал Хаторо со своими спутниками.
Странно, но ждать оказалось даже тяжелее, чем идти. Тут ещё распухшие щёки стали «наползать» на глаза. Не утерпев, Ия всё же достала фляжку и сделала большой жадный глоток.
Сразу полегчало. Даже вроде бы сознание прояснилось. Зато уже через секунду по всему телу выступил противный, липкий пот.
— Кто такие и куда? — устало спросил стражник, в упор глядя на Хаторо.
— Купцы Кастен и Худ, — ответил тот, с поклоном протягивая пайзы. — Хотим сесть на корабль и спуститься вниз по реке. А это наша служанка.
Чуть поклонившись, девушка бросила быстрый взгляд на развешанные по стенам объявления, без труда обнаружив портреты себя и своих спутников.
Вот только нарисованные неизвестным художником разбойничьи рожи, заросшие густопсовыми бородищами, мало походили на благообразные физиономии новых гостей города.
— Что с рукой? — спросил у молодого человека охранитель покоя и порядка.
— Упал я, почтенный, — потупив взор, неохотно проворчал тот.
Понимающе кивнув, собеседник обратился к старшему в их компании, казалось, не обращая никакого внимания на бумаги с изображением разыскиваемых преступников.
— Торговать чем будешь?
— Нет, нет, почтенный, — заверил его бывший офицер городской стражи. — Не будем торговать. Некогда. Я же говорю: завтра найдём корабль и уплывём из Шибани.
— Смотри, — пригрозил обличённый пусть и небольшой, но властью собеседник. — Вздумаешь торговать без разрешения канцелярии, оштрафуют и палками побьют.
— Я законы знаю, почтенный, — с лёгким упрёком заявил Хаторо и поинтересовался: — Не подскажешь, где нам лучше остановиться, так чтобы прилично и не очень дорого?
Платина уже знала, что постовые у ворот получают денежку малую от хозяев гостиниц, за то что направляют к ним путешественников.
— Ступайте в «Прибежище уюта и покоя», — тут же порекомендовал воин. — У Лысого Рваха и комнаты чистые, и повара искусные, и цены он не задирает.
— Как к нему попасть? — спросил предводитель беглых преступников.
— Я вам провожатого дам, — сказал стражник и окликнул одного из игравших неподалёку мальчишек, одетых в невообразимые лохмотья.
Идти пришлось недалеко.
Предчувствуя долгожданный отдых, Ия вслед за ослом вошла в широкие, новые ворота под каллиграфически выписанным белой краской на чёрном фоне названием гостиницы.
Однако при виде множества телег и фургонов, заполнявших вымощенный камнем двор, настроение приёмной дочери бывшего начальника уезда резко ухудшилось.
Но предводитель их маленькой кампании решительно направился к радушно распахнутым двустворчатым дверям. Из обеденного зала доносился солидный многоголосый гомон, и казалось, там уже нет ни одного свободного столика. Торопливо сновали подавальщицы с уставленными посудой подносами.
— Ини! — негромко окликнул её Хаторо. — Пойди присмотри за ослом.
— Там почтенный Худ, — буркнула себе под нос пришелица из иного мира, однако, поймав обжигающе-строгий взгляд мужчины, вновь вышла во двор.
Но перед этим краем глаза успела заметить, как с галереи второго этажа в сопровождении старой служанки спускается девушка лет шестнадцати-семнадцати, чьё лицо показалось ей странно знакомым, навевавшим воспоминания из прошлой, навсегда потерянной жизни.
Платина даже на миг задержалась, оценивая стройную фигурку в красно-синем платье из дорогой, хотя и не шёлковой ткани, рубиновые серёжки в маленьких аккуратных ушках и золотую шпильку в уложенной косе.
Но лишь едва не столкнувшись с Ждановым, поняла, что аборигенка очень похожа на молодую Кристину Асмус. Только грудь побольше и зад. Собеседник тоже обратил внимание на красавицу. Посторонившись и давая дорогу Ие, он, вытянув шею, еле слышно пробормотал:
— Куель бель фель.
«Да ты ещё и бабник!» — мысленно вызверилась девушка и, не в силах сдержать рвущееся наружу раздражение, ударила осла по уху.
Обиженное животное, фыркнув, дёрнулось, но Платина крепко держала его за повод.
— Стой, козёл! Всё бы вам «налево» бегать!
В это время к новым гостям подошёл владелец заведения, и Ия смогла расслышать их разговор через широко распахнутую дверь.
— Прости, почтенный. Ни одной свободной комнаты нет. Разве что в зале согласишься ночевать?
— Чего же это у тебя так много народа, мастер? — поинтересовался Хаторо. — Или у вас в Шибани праздник какой?
