– Э... я понимаю. Но я не имел в виду родственников. Я... действительно несвободен.
– Расскажи мне о нем.
Гарри не знал, что его толкнуло ответить. Возможно, в глубине души ему просто хотелось с кем-то поделиться.
– Ну, мы встретились в Шотландии, где я учился. Он... хм, даже не знаю, как сказать. Его трудно описать. Высокий, темноволосый, старше меня... Короче говоря, я… э... мое будущее действительно связано с ним.
С лица Ричарда не сходило недоверчивое выражение, и Гарри мысленно вздохнул: до ритуала осталась всего неделя, а он до сих пор даже не способен произвести впечатление преданности Северусу.
– Он хорошо к тебе относится?
Гарри постарался ответить как можно уверенней и убедительней.
– О да! Ну, в основном. Разумеется, время от времени он бывает не в духе. И у него довольно сложный характер, но в последнее время он очень старается. Так что – да, хорошо.
– Тогда почему ты приехал в Лондон один? – Ричард вызывающе уставился Гарри на грудь. – Он что, не знает, что парня вроде тебя нельзя выпускать из виду? Ты же... – подняв голову, Ричард улыбнулся, – достаточно сказать, если бы тебя не пригласил я, то это обязательно сделал бы кто-то другой. Тебе бы не пришлось долго ждать. Ты точно уверен, что не хотел, чтобы тебя сняли, Джонатан? Видишь ли, ты провел слишком много времени, листая те книги.
Гарри покраснел от смущения.
– Я их читал.
– Но ты же говоришь, у тебя полно денег. Ты мог бы их купить и спокойно прочесть в каком-нибудь укромном месте. Если ты действительно не собирался проверить путем сравнительного анализа, подходит ли тебе этот шотландец...
– Он не шотландец, – резко перебил Гарри. – И я не знал, что это считается... э... флиртом – просматривать книги в магазине. Я зашел туда по дороге к Тауэру, только и всего. Совершенно импульсивно. Один из моих друзей недавно упоминал «Блэкуэлз».
– Ты так и не ответил, что ты делаешь в Лондоне совсем один.
– Мне хотелось побыть одному, – вздохнул Гарри. – Слушай, при ином раскладе в этом разговоре, возможно, и имелся бы смысл. Но расклад такой, какой есть. Мне просто хочется ознакомиться с достопримечательностями. Вряд ли скоро выпадет другая возможность. Так что было приятно познакомиться, но мне пора.
– Ты почти не притронулся к пирогу.
Гарри поднялся.
– Я не могу спокойно обедать, пока ты продолжаешь свои намёки, Ричард. Я... нет, мне будет лучше сейчас уйти.
– Эй, Тауэр до завтра никуда не денется. Почему бы нам не прокатиться на катере в Гринвич и не узнать друг друга получше? Тебе не кажется, что следует немного расправить крылья перед тем, как связывать себя обязательствами?
– Я уже связан.
– Прости за откровенность, но ты не производишь подобного впечатления...
– Как это ни странно прозвучит, Ричард, я благодарен за твои слова. Я приложу максимум усилий, чтобы его произвести. Это важно. И... наверно, начну с того, что сейчас с тобой попрощаюсь. До свидания.
Внезапно вскочив, мужчина преградил ему путь.
– Один поцелуй, – тихо попросил он.
– Тут, посреди бара? Ты спятил, – прошипел Гарри. – К тому же мне это ничуть неинтересно.
– Неправда!
– Правда, – холодно подтвердил юноша.
Когда Ричард не двинулся с места, Гарри просто отпихнул его и вышел на улицу, чтобы затеряться в лондонской толпе.
Глава 39
Гарри провел в Тауэре гораздо меньше времени, чем рассчитывал изначально. Да ему уже не очень-то и хотелось. Давно усопшие маггловские королевы интересовали юношу постольку-поскольку, потому что занимало его сейчас одно: почему он не рискнул поцеловать Ричарда?
Гарри не знал, что его ошеломило больше: то, что на улицах Лондона, никого не волновал вид двух целующихся мужчин, или то, с каким энтузиазмом отзывался член на подобные мысли.
Разумеется, у него всегда вставало, когда они целовались с Северусом, однако там все было иначе. Там его более-менее выдрессировали – даже у Гарри хватило ума понять это. Северус Снейп не просто умел удовлетворить мужчину, о нет! Зельевар также не преминул использовать все доступные слизеринские средства, чтобы плотские удовольствия послужили достижению его целей.
Но поскольку и сам Гарри был заинтересован в успехе ритуала, то какой смысл противиться или критиковать выбранные методы?
Однако то, как в нем вспыхнуло желание, когда он находился рядом с
Все это лишь подтвердило прозрение, снизошедшее на него утром, в книжном. Его
Может, из-за того, что тот воплощал легкость. Побег. Независимость. С ним не нужно было принимать мучительных решений. Гарри легко представлял себя с Ричардом, не будь он заложником пророчества, не сгибайся под тяжестью ответственности, лежащей только на нем и ни на ком ином.
И снова его жгло нестерпимым, почти осязаемым желанием превратиться в маггла.
