«О, да, — мысленно ответил Гарри. — Никаких причин. Он же не привязан ко мне, с чего бы?»
Не чувствуя ничего, кроме бурлящей в нем злости, Гарри сделал шаг назад и попытался развернуться. Он не уйдет просто так. Нет, он пойдет туда и посмотрит, с какой такой дрянью предпочитает спать Снейп! Он узнает, кто, мать его, настолько важен для Северуса, что Северус хитрит и сбегает, пока он занят на квиддичной тренировке!
Подумать только — а он еще беспокоился, нет, он по-настоящему волновался, думая, что было слишком жестоко дразнить Северуса рассказами из той книги. Когда этот человек мог в любой момент смотаться из замка на пару часиков и получить удовольствия по самые уши!
— Эй, Гарри, — осторожно окликнул его Хагрид и подтолкнул вдоль по улице в противоположную сторону от дома, где находился бордель. — Я уж не знаю, чего ты так беспокоишься, ну ходит туда профессор Снейп, чего такого? Давай, выбрось из головы, пошли отсюда.
«О боже», — подумал Гарри, борясь с неожиданным приступом тошноты. Если бы он поддался первому инстинкту, то сейчас уже был бы внутри борделя, орал бы так, что слышно было бы по всей округе, и после этого уж точно все узнали бы, что между ним и Северусом существует связь. Интимная.
Хотя... это ведь не так? У Северуса есть его шлюха для удовлетворения потребностей. Он мог бы придти к Гарри, но нет, он предпочел покупать удовольствие, а не уделять внимание мужчине, который поклялся ему в верности.
И это после всего того, что Гарри сделал, после того как он с таким трудом избавился от фантазий о Брайерсоне, заменив их фантазиями о Северусе. Черт возьми, он наизнанку выворачивается, чтобы сохранять верность Северусу во всем, даже в самых глубоко запрятанных, самых личных мыслях, а Северус идет трясти членом в гнездо разврата, не удосужившись ни словом обмолвиться об этом!
Юноша почувствовал очередной приступ гнева. Ему снова захотелось ворваться в бордель и разнести его по кирпичику. Но он не мог этого сделать. Никто не должен узнать о том, что Гарри гей. И что он раб. И, совершенно точно, Волдеморт не должен узнать о Cambiare Podentes.
Если Гарри закатит Северусу истерику из-за измены и сделает это в присутствии свидетелей... нет, это было бы слишком глупо.
Так что Гарри усмирил свою ярость, затоптал ее и спрятал глубоко внутри, но пламя злости не угасло и продолжало теплиться все то время, пока юноша гулял по Хогсмиду. Время от времени оно вспыхивало ярче, как тогда, когда они с Хагридом зашли в «Сладкое королевство» и Гарри увидел конфеты, которые купил для Северуса в прошлый раз. А он еще думал, что бы такое выбрать для Северуса, чтобы выразить свою благодарность...
Наконец и этот бесконечный день подошел к концу. Гарри с Хагридом шли по дороге к замку, мимо них торопливо проносились группки хихикающих студентов с сумками, набитыми сладостями. По пути к ним присоединился и Брайерсон, и в какой-то момент Гарри чуть было не поддался желанию отомстить Северусу. Это было бы несложно. В конце концов, Брайерсон действительно очень привлекательный мужчина, и Гарри не раз думал о том, чтобы прикоснуться к нему.
С другой стороны, даже захоти Гарри, чтобы его медленно, но верно задушило гребаное Cambiare Podentes, все равно у него ничего бы не получилось. Брайерсон даже не гей. И у него есть невеста.
К тому же, он наверняка порядочный человек, который держит данные им обещания!
«Я привяжу себя к тебе...» Гарри хотелось швырнуть что-нибудь.
Предпочтительно, Северуса. О кирпичную стену.
Когда они достигли замка, Гарри был настолько не в себе от злости, что ему не хотелось даже заходить внутрь. Он знал: если он сейчас увидит Северуса, то наверняка сделает с ним что-нибудь нехорошее. Что-нибудь опасное. И, поскольку в контракте не говорилось, что соискатель не должен нападать на мага-хозяина и выбивать из него дух, Гарри не сомневался, что ему лучше даже не давать себе такую возможность.
Так что он направился к стадиону и попытался избавиться от гнева другим способом: в полете. Он схватил в сарае первую попавшуюся ученическую метлу и, оседлав ее, мгновенно взмыл в небо. Он кружил над стадионом, все быстрее и быстрее, огибая стойки ворот, ныряя вниз до самой земли на такой скорости, что уши начинали болеть от свистящего в них ветра. Его руки вцепились в метлу, грозя сломать древко. И он вполне мог сделать это. В конце концов, он был не на Всполохе.
Тем не менее, Гарри очень быстро пришел к печальному выводу, что полет не слишком хорошо подходит в качестве способа избавиться от злости. Чем дольше он находился в воздухе, тем больше разъярялся. Он думал о том, сколько грязных шлюх Северус уже успел поиметь, и что он делал с каждым из них. Он гадал, есть ли у Северуса любимчики среди проституток в этом борделе, и если да, то как часто он навещает их. Черт их всех побери, Гарри не собирался терпеть этого.
Северус принадлежит ему.
Сейчас Гарри уже было совершенно все равно, что может сделать заклинание. Северус принадлежит ему, и все!
