— Можешь зайти в верхние комнаты, когда будешь готов, — продолжил Гарри, скрестив руки на груди и глядя сверху вниз на Северуса, который, пошатываясь, вставал на ноги. Похоже, он с трудом держал равновесие, видимо, из-за удара. Гарри даже стало немного стыдно, но он поспешил избавиться от неуместного чувства. Он был не в настроении проявлять снисходительность. — Можешь придти и рассказать мне, о чем ты, черт возьми, думал, когда делал все это! А потом ты снова спустишься сюда. Один. Потому что я сегодня не собираюсь спать с тобой. Это тебе понятно?
— Контракт...
— Ха, контракт прекрасно знает, что кровать наверху тоже твоя, — холодно прервал его Гарри. — И я собираюсь спать там, один, пока ты не предоставишь мне удовлетворительное объяснение того, как ты можешь быть такой лживой скотиной и как ты планируешь избегать одиночества в будущем. Потому что я не позволю тебе так со мной обращаться, Северус. Мне все равно, раб я или не раб. Я человек. И в контракте говорится, что я должен быть собой. Так вот, это — я. Имей это в виду.
С этими словами он покинул подземелья и принял душ наверху, намылив себя с ног до головы и позволив горячей воде смыть всю грязь сегодняшнего дня. Только на этот раз Гарри не чувствовал никакого желания играть со своим членом и яичками, чтобы освободиться от напряжения.
Он был расслаблен и удовлетворен.
Глава 29.
Суббота, 16 октября 1998, 19:11
Северус, хмурясь, разглядывал себя в зеркале, осторожно трогая пальцем синяк, расцветающий на скуле. Бить Гарри умел. Одна только тонкость — Северус не заслуживал такого обращения, он ничего плохого не сделал.
Гарри, однако, думал иначе. Это сильно усложняло дело. Зельевар тихо вздохнул и стал размышлять о произошедшем.
В каком-то смысле этот неожиданный взрыв — фонтанирующий эмоциями секс с Гарри — оказался очень вовремя. Еще днем Северус пришел к неутешительному выводу, что Ренард не тот, кто ему по-настоящему нужен. Даже под воздействием многосущного зелья, изменившего его внешность, Ренард был всего лишь жалкой пародией на реального Гарри Поттера.
Не то чтобы Снейп зря потратил время в борделе. Просто он не был полностью удовлетворен. На протяжении всего пути из Хогсмида в замок он периодически задумчиво качал головой, вспоминая этот странный опыт. Как он смотрел на лицо и фигуру Гарри, думая: «Это не настоящий Гарри. Я хочу Гарри».
Наверное, это из-за отсутствия серьги в соске, даже предположил Северус. Я мог бы попросить Ренарда надевать ее к моему приходу...
Но он сразу же отбросил эту идею. Проблема далеко не в серьге. Северус нуждался в Гарри. Нуждался во всех смыслах. Он хотел слышать его речь, со всеми ошибками, оговорками, незрелыми суждениями и опрометчивыми замечаниями, которые порой слетали с губ юноши. Он хотел ощущать юность Гарри и его относительную невинность. Ренард мог бы притвориться. Но он был старше Гарри почти на десять лет...
И он не был настоящим Гарри.
Поэтому, возвращаясь в замок, Северус уже знал, что этот его визит к Ренарду был последним. Зачем ходить туда, где он все равно не сможет испытать полного удовлетворения? Для того чтобы сбросить накопленное напряжение? Да, он мог бы делать это, делать с удовольствием. Получая от этого куда больше положительных эмоций, чем от мастурбации в одиночку. Но ведь в действительности он хочет совсем другого...
...он хочет Гарри.
Спонтанный секс, случившийся несколькими минутами раньше, полностью это подтверждал. Все произошло стремительно. И закончилось слишком быстро, ни Северус, ни Гарри не успели избавиться от одежды. Но именно это сделало ощущения полными, реальными. Утро и день, проведенные с Ренардом, не шли ни в какое сравнение.
Гарри по-настоящему хотел его. Он сходил с ума от желания. Гарри стремился обладать, снова и снова повторял, что Северус принадлежит ему. Он даже заставил Северуса повторить это. Гарри горел страстью. Энтузиазмом. И в этом не было ни капли притворства.
Северус ступил под струи воды в душе и намылил себя, решив заодно вымыть и волосы. Что угодно, лишь бы создать себе дополнительное преимущество в разговоре, который неизбежно случится в самом скором времени. Пусть они оба получили одинаковое удовольствие от секса, пусть Гарри, наконец, преодолел свое нежелание... это еще не означает, что все проблемы решены.
Ярость молодого человека никуда не делась, и зельевару это совершенно не нравилось. Пребывая в таком настроении, Гарри еще долго не согласится делить постель со своим партнером. Но дело не только в этом. Северус злился на самого себя, понимая, кто виноват на самом деле.
Он причинил Гарри боль. Предал его — хотя, разумеется, на самом деле он этого не делал. Однако юноша уверен, что это так. Пока что у Северуса не было ни малейшего представления, как справиться с ситуацией. Он знал лишь одно: теперь, когда Гарри по-настоящему готов к сексу, не может быть и речи о том, чтобы пойти к Ренарду или другой проститутке. Если о чем и может идти речь, так это об истинных мотивах Северуса. Гарри необходимо услышать об этом от него самого, чтобы поверить.
