— Объединенной силой, — Гарри не собирался преуменьшать свою роль. Да, ему снова придется прибегнуть к помощи. Но он не будет беспомощным. И, кроме того, на этот раз речь шла о помощи, которую он заслужил собственными усилиями.
— Да. Объединенной силой, — зельевар на мгновение прикрыл глаза, словно решал в уме какую-то задачу. — Да. Конечно.
— Что?
Вместо ответа Северус немного отодвинулся назад и приподнялся, опершись на локоть. Все одеяла уже давно валялись на полу, так что сейчас Гарри мог видеть его тело целиком: сильное, обнаженное, бесстыдно выставленное напоказ. Гарри смотрел во все глаза. Он ничего не мог с этим поделать. Северуса нельзя было назвать красивым; он был слишком мужественным для этого слова, и на его коже было слишком много следов, оставленных непростой жизнью. Но выглядел он хорошо. Действительно хорошо; настолько, что Гарри почувствовал знакомое напряжение в яичках. Снова.
Он ухмыльнулся оттого, что на ум неожиданно пришло слово «жадные». Он никогда о своих яйцах так не думал, и то, что сейчас он поймал себя именно на этом... это было смешно. Его улыбка стала еще шире. Гарри понимал, что это глупо, но ему хотелось немного подурачиться. И было так приятно расслабиться и ни о чем не беспокоиться. Хотя одна часть его тела расслабляться определенно не собиралась, скорей наоборот.
Северус бросил взгляд вниз, Гарри скрестил ноги. Откровенно говоря, это никак не помогло юноше скрыть растущую эрекцию.
— О, попробуй хоть на мгновение отвлечься от мыслей о своем члене, — промурлыкал мужчина голосом, свидетельствующим о его хорошем настроении. — Итак, как я говорил до того, как ты начал строить мне глазки...
— Я не строю глазки! — Гарри облизал губы. — Ммм... хотя, может и строю, но чего ты ожидал, лежа тут в таком виде? — он понизил голос:
— Я... ну, знаешь, мне правда нравится, как ты выглядишь, Северус, — наверное, фраза прозвучала излишне шероховато. Безыскусно, но искренне.
Мужчина откинул челку со лба. Он подумал, что Гарри имел в виду только его волосы?
— Нет, — рассмеялся Гарри. — Весь ты. Ну, наверное, твой член понравился мне с самого начала, просто я не хотел признавать это. Но да, ты действительно здорово выглядишь, как мне кажется.
Юноша с удивлением наблюдал за реакцией Северуса. Его щеки порозовели, и он смотрел куда-то через плечо Гарри. Он выглядел смущенным, хотя, казалось бы, уже давно должен был знать, что Гарри действительно находил его весьма привлекательным. В противном случае заклинание не поверило бы ему, и они бы не прошли ритуал. В конце концов, магия Cambiare Podentes предназначалась для любовников.
Возможно, он просто не ожидал, что Гарри скажет это вслух. Когда бы то ни было. Понимание этого заставило Гарри также осознать, насколько ограниченным в выражении своих эмоций он был все это время. Северус прикладывал все усилия, чтобы дать Гарри понять, насколько физически привлекательным он его находил, и, хотя в некоторые моменты чувства Гарри по отношению к любовнику можно было понять и без слов, юноша не мог припомнить, чтобы он когда-либо произносил хоть что-то, похожее на признание. За исключением, конечно, ритуального купания, когда он не мог сдержать лепет и продолжал и продолжал восторгаться членом мужчины. Это, однако, вряд ли можно считать нормальным выражением чувств. Давал ли он когда-нибудь себе труд поделиться с Северусом тем, что в действительности испытывал по отношению к нему?
Нет, никогда. И после этого он смел называть себя хорошим любовником?
В памяти Гарри мелькнуло воспоминание. Повернуться спиной в душе. Только поворачивался не Северус, а Гарри, и это было несколько месяцев назад. Юноша чуть ли не до крови кусал губы, настолько он боялся, что зельевар отпустит какой-нибудь язвительный комментарий насчет его внешности. Посмеется над ним.
Но Северус никогда не позволял себе смеяться. На самом деле, когда он понял, какого низкого мнения Гарри о собственной внешности, он тут же поставил себе задачей исправить ситуацию. Восхищаясь его глазами. Его телосложением. И даже его членом.
А что Гарри сделал взамен? Он не просто ни разу не похвалил внешность Снейпа. Все было гораздо хуже, осознал молодой человек, все глубже погружаясь в воспоминания, одно суровее другого. Он ясно дал понять — Северус у него интереса не вызывает, и шансов на то, что когда-нибудь он станет для него физически привлекательным, нет. Не то чтобы сейчас Гарри ощущал вину за эти слова, хотя, наверное, стоило быть подипломатичнее. Но тогда он был убежден, что Северус будет использовать Cambiare Podentes как оправдание для пыток и издевательств, и что в будущем его не ждет ничего, кроме ужасной боли. Не говоря уж о том, что совсем не так давно у него и мысли не возникало, что его могут привлекать мужчины. Так что было вполне понятно, почему юноша заранее ощетинивался и вставал в защитную позу, не дожидаясь нападения. Хотя грубость, конечно, зашкаливала... Гарри поежился, вспомнив наиболее оскорбительные вещи, которые вырывались у него, впрочем, исключительно от страха.
