Вот только лорду ши Арук было все равно, прав мой папа или нет. Ещё немного, и у отца Виоленн нервно задергается глаз. Жаль, мамы здесь нет – она законника добила бы сразу. Из жалости, чтоб не мучился. А папе потом на ухо прошипела бы: «Тьма, взрослый, женатый мужчина с двумя дочерьми, а дитя дитем…»
– Андаунна ещё не оправилась после нападения чернокнижника, официальное расследование не подтвердило, что грауги к этому не причастны…, – упорству законника можно было позавидовать. Очередной обмен колкостями он давно проиграл, даже подчиненные уже ставили на проигрыш начальника, но тот сдаваться не собирался.
Вот только похоже, что лорд ши Арук начал повторяться. Папе явно стало скучно – он невозмутимо подвернул рукава формы, как всегда делал перед началом работы. Хотя, судя по странным, едва заметным пятнам на темно-синей ткани, поработать он уже успел.
– Все посвященные прекрасно знают, что граугов даже рядом со станцией не было в тот день, – отмахнулся папа, доставая из кармана часы на серебреной цепочке. С подарком мамы он не расставался. – Лорд ши Арук, мне доставляет огромное удовольствие дискутировать с вами на столь щекотливые темы. Всегда приятно провести время за беседой с умным собеседником, но Совет скоро начнется. Я должен подготовиться к предстоящей демонстрации и проверить образцы новых генераторов.
И тут папа заметил меня.
– А ещё поговорить с моей красавицей-дочерью. И если уважаемые лорды сейчас же от неё не отойдут, то демонстрация начнется прямо здесь и сейчас, – мило оскалился папа, бросив мрачный взгляд на окружавших меня наисс.
За спиной что-то подозрительно затрещало. Обернувшись, я увидела учеников папы, которые окружили самоходную тележку, накрытую защитным куполом.
Не успела я и глазом моргнуть, как лорды вспомнили о неотложных делах и растворились в воздухе.
– Леди ши Онер, – отец Виоленн поприветствовал меня коротким, резким кивком. Хотя, если бы у стены не замер Альдер, пристально наблюдавший за законником, лорд ши Арук даже не взглянул бы на меня.
Королевский законник не простил «выскочкам ши Онер», что его благородная дочь так и не выйдет замуж за наследника престола. В Небесном замке обо мне узнали ровно за день до официальной помолвки Виларда и Виоленн. Стоит ли говорить, что из-за этого лорд ши Арук всей душой ненавидел всю мою семью?
Как только королевский законник удалился, папа мгновенно оказался рядом со мной и с такой силой сжал в объятиях, что у меня чуть ребра не затрещали. Но я не возражала, обнимая не менее крепко. И нам было абсолютно все равно, что этикет Небесного замка порицал публичное проявление эмоций.
А я и не представляла, как сильно соскучилась. Рядом с папой стало так тепло и спокойно, что забылся и чернокнижник, и встреча на Изнанке, и постоянные интриги Альдера и Вила. От папы привычно пахло сосновой смолой, дымом и какой-то резкой гадостью. Не удивлюсь, если он на ходу рылся в своих генераторах, раз рукава парадной формы испачканы.
Снова мама будет ворчать. Ругать папу за неряшливость она перестала лет пять назад, говоря: «Если я за двадцать лет брака его не исправила, то пора смириться. И радоваться, что больше не надо часами отстирывать эту гадость. Можно с чистой совестью выбросить и купить новую одежду».
Возвращаться в реальность и вспоминать, что папу я искала не просто так, жутко не хотелось. Но в памяти намертво отпечаталось письмо мамы, прочтенное вчера, когда я из последних сил доползла до кровати.
– Веста, как я рад тебя видеть, – папа отпустил меня, но на мгновение сжал плечи. Наш старый условный знак, призывающий к молчанию. – Идем, поговорим в менее шумном месте.
Я кивнула и взяла папу за руку, спиной чувствуя пристальный взгляд Альдера. Даже Тьма не знает, каких усилий мне стоило не думать о письме мамы. Точнее, об истинном значении трех сухих строк:
«Веста, мы очень сильно по тебе скучаем. Поскорее бы ты вернулась домой. Любим тебя и целуем».
Родители никогда не называли меня «Вестой». Либо Весточкой, либо дочкой, солнцем или другими ласковыми словами. Потому что мы условились: если мама с папой называют нас с Кати официальными имена, все следующие слова зашифрованы. И если я правильно поняла, что хотела сказать мама, новости были неутешительными. Счастье, что вчера я была уставшая и на яркие чувства неспособная, а у телохранителя не было причин глубже лезть в мои мысли.
Надеюсь, папа придумал, как нам поговорить без нежеланного свидетеля.
****
Далеко идти не пришлось. Миновав несколько поворотом, папа подошел к неприметной двери и, жестом сняв магическую защиту, посторонился, пропуская меня внутрь. Сделав вид, что обращается ко мне, он едва слышно произнес:
– Альдер, надеюсь, ты не возражаешь, если мы с дочерью поговорим наедине, – не спросил, а поставил моего телохранителя перед фактом папа, несмотря на вежливый тон.
