Чайная буря полностью

Никто не заметил ни как Флик нырнула в закуток рядом с архивом, ни что Джин присел над желобами, готовясь разбить стекло.

Вышибала нагнулся, чтобы обыскать Арти, ощупал своими мясистыми ладонями ее разведенные в стороны руки, затем ноги. Арти пришлось призвать все свое терпение, чтобы не пнуть его в лицо.

– Иди за мной, – приказал вышибала.

Арти не сдвинулась с места. Все знали, кто она; они должны были знать и то, что она не сдается без сопротивления. Вышибала с минуту тупо смотрел на нее и, сообразив, что Арти уступать не собирается, крякнул и замахнулся.

Она уклонилась.

– Думаешь, можешь силой заставить меня подчиниться?

Вышибала заключил ее руки в свою железную хватку. Слишком многие глазели на нее. Слишком много внимания она привлекла. На лице Лаита заходили желваки, Маттео ободряюще кивнул. Арти прикусила язык и смолчала, когда вышибала протащил ее сквозь двери внутрь Атерея. Бывала в переделках и похуже, сказала она себе. Это ерунда. Так нужно.

Но как бы ни развивались события дальше, пути назад уже не было.

Сосредоточься, подумал Джин. Арти способна за себя постоять. Он стянул с шеи галстук и обмотал им руку в перчатке, дожидаясь, пока парочка вампиров исчезнет в коридоре. Затем присел и ударил кулаком по стеклянному покрытию желобов. Еще два удара – и стекло треснуло. Джин аккуратно втолкнул осколки вглубь желобов, чтобы преградить путь жетонам, покинувшим архив.

Хотелось бы вновь воспользоваться твердым сплавом, но сейчас ему нужен был хаос. Отвлекающий маневр, который не произвел бы впечатления тщательно спланированной диверсии. Джин отошел и оглядел свою работу.

Это должно выманить ее наружу.

Он вернулся на кушетку, к которой подвела его Роуз, и сел так, чтобы видеть вход в архив.

Дверь распахнулась, и оттуда со вздохом вышла вампирша в сверкающем серо-зеленом платье, которое облегало ее фигуру. Элинор Торн. Она на ходу убрала в карман пару небольших дисков, походивших на грузики для весов. Ее глаза цвета морского стекла подмечали все происходящее вокруг. На миг Джин встревожился, не различит ли она его, скрывающегося в темном уголке, но внимание вампирши привлекли заблокированные желоба.

– Что там такое? – окликнула ее Элиза, стоявшая у входа.

Джин вжался поглубже.

– Какой-то идиот разбил стекло, – сказала Элинор.

Идиот? Спасибо, конечно, но вообще-то он с большой осторожностью разбил то стекло. Всего разочек пофлиртовал – и теперь всю жизнь огребать последствия.

Говорите, не прерывайтесь, мысленно взмолился Джин, одним глазом приглядывая за вампиршами, а другим подмечая, как у входа в архив мелькнул подол платья Флик и приоткрытая дверь вновь закрылась.

Флик не ожидала, что сумеет проникнуть в архив в целости и сохранности. Спасибо Арти, что вырубила охранника на балконе. Пробраться сюда не замеченной ни им, ни Элинор Торн было бы невозможно.

Часики тикали; Лаиту предстояло связать охранника, пока тот не очнулся, и терять время было нельзя. Внутри архив оказался куда скромнее, чем можно было бы предположить по роскошному наряду вампирши. Посреди комнаты стоял большой стол черного дерева, возле него – стул, чуть в стороне, ближе к выходу, – уютное кресло и сервант, а на том – блестящие латунные весы, которыми явно пользовались ежедневно.

– Итак, – сказала Флик, стягивая шелковые перчатки, – где же наш журнал?

Кто-то возмущенно мяукнул, чем до смерти перепугал Флик. Это оказалась кошечка Лаита.

– О, привет, малышка.

Флик не заметила, что кошка прошмыгнула в комнату вслед за ней, но прогонять ее не стала.

А еще она нашла журнал.

Тот лежал на столе, раскрытый – страницы в рядах чисел, как и описывал Маттео. Чего он не упомянул, так это причины, почему вампирше не потребовалось запирать за собой дверь, покидая комнату.

На замке был сам журнал. Он лежал под стеклянной крышкой, запирающейся при помощи системы рычагов, которая шла вдоль комнаты и заканчивалась под весами на серванте. Весы действительно использовали постоянно: всякий раз, когда Элинор нужно было заглянуть в журнал, ей приходилось класть в чашу грузики, чтобы открылась стеклянная крышка. Запирать ее тоже не приходилось – выходя из комнаты, достаточно было просто опустошить чашу весов. Та все еще подрагивала после того, как вампирша резко выскочила из комнаты.

– Не время предаваться панике, – сказала себе Флик.

Сервант стоял слишком далеко от стола, чтобы можно было одной рукой придавить чашу, а второй вписать в открывшийся журнал числа. Флик обошла комнату в поисках чего-нибудь, что сгодилось бы в качестве утяжелителя. Сами грузики наверняка забрала Элинор. Они вполне заменяли ключ – вряд ли кому-нибудь удалось бы быстро найти что-то подходящего веса и успеть внести записи в журнал. А когда Элинор требовалось надолго выйти из комнаты, она просто запирала за собой дверь.

Умно. Джин бы такое оценил.

Флик схватила изящную подставку для перьевой ручки, стоявшую рядом с журналом, и опустила ее на весы. Те едва дрогнули.