Уилл был влюблен в нее по уши и постоянно искал возможности признаться. Однажды он почти признался: в экипаже, когда они возвращались с ужина. Но Фиона почему-то напряглась. Возможно, сомневалась в его искренности. А может, боялась. Он ведь поначалу тоже боялся, что отношения между ними не сложатся и это разобьет ей сердце. Интуиция подсказывала Уиллу: кто-то и когда-то уже разбивал ей сердце. Ее объятия и поцелуи говорили о страстности натуры, однако к страстности примешивалась настороженность. Уилл решил, что вскоре познакомит ее со своей семьей, тем самым показав серьезность намерений. Он это сделает и ради своих детей. Рано или поздно он и Фиона могут столкнуться в ресторане с Уиллом-младшим или Джеймсом, либо кто-нибудь скажет сыновьям, что видел их отца с ней. К счастью, его дети не читали «Сплетен от Питера». Хилтон проникся симпатией к Фионе и почти еженедельно упоминал о ней в своем разделе. Газетчик постоянно описывал ее наряды и отмечал, что она появляется под руку либо с эксцентричным молодым англичанином Ником Сомсом, либо с Уиллом. Кто же завоюет сердце этой молодой красавицы? К счастью, Хилтон не знал о пристрастиях Ника и его роли компаньона.
– Отец, я задал тебе вопрос, – сказал Уилл-младший. – Ты меня не слушал?
– Нет. Извини, я находился далеко отсюда.
Эмили мельком взглянула на отца и тут же снова вернулась к шитью.
– Я спрашивал, готовы ли результаты инженерных изысканий по Бруклинской линии.
– Пока нет. Ожидаю их завтра.
В гостиной снова стало тихо. Джеймс взмахнул клюшкой для гольфа. Эдмунд подбросил мяч. Эмили протягивала нитку. Глаза Уилла задержались на руках дочери, таких тонких и белых. Руки Фионы были другими – огрубелыми от постоянной работы. В ресторане «Ректор», когда она потянулась за бокалом, он заметил царапину на тыльной стороне ладони. От вида руки этой маленькой стойкой воительницы у него растаяло сердце. У Фионы и не могло быть таких изнеженных рук, как у Эмили, но Уилл восхищался ими.
Джеймс кашлянул. Уилл поднял голову и отчетливо уловил напряженность, разлитую в воздухе. Уилл-младший кивнул Эмили. Та вдруг встала и предложила Изабелле пойти прогуляться вокруг дома, сказав, что короткие прогулки полезны. Муж помог Изабелле встать, и она, переваливаясь, пошла вслед за Эмили. Уилл остался с сыновьями и зятем. Эдмунд жонглировал мячами для гольфа и, казалось, совсем не чувствовал напряжения. Ричард ушел в дальний конец гостиной. Уилл-младший и Джеймс встали у камина, забыв про клюшку. Что-то намечалось. Они не просто так позвали его сюда. Бросив суровый взгляд на сыновей, Уилл потребовал:
– Выкладывайте, в чем дело.
– А в чем? – простодушно спросил Эдмунд, продолжая подбрасывать мячи.
– Отец… – начал Уилл-младший, – мы хотим поговорить с тобой.
– Что ж не поговорили в Нью-Йорке?
– Нет, это слишком личное, – ответил Уилл-младший, нервно переминавшийся с ноги на ногу.
– Мы кое-что слышали, – подхватил Джеймс. – Тебя видели с какой-то молодой женщиной.
– Нас это, конечно, не касается, – торопливо добавил Уилл-младший, – но о вас ходит много слухов. Мы… Нам кажется неправильным столь открыто демонстрировать свою любовницу.
Уилл улыбнулся: сыновья пеклись о его чести.
– Женщина, о которой вы слышали, не является моей любовницей. Ее зовут Фиона Финнеган. Я за ней ухаживаю, причем в весьма уважительной манере. Жаль, что вы узнали о ней из чужих уст. Мне надо было рассказать самому.
– Ухаживаешь?! – в смятении воскликнул Уилл-младший. – Ты намерен на ней жениться?
Уилл пожал плечами. Сыновний допрос начал его раздражать.
– Пока рано говорить об этом, но уж если вы спросили… да, я допускаю такую возможность.
– Отец! – тепло улыбнулся Эдмунд. – Так это же здорово! Как она выглядит? Она красивая?
– Очень! – засмеялся Уилл.
Уилл-младший молчал и с явным недоверием смотрел на отца.
– Я познакомился с ее семьей, – продолжал Уилл. – Через какое-то время я познакомлю вас с ней.
– Отец, мы не… ты не можешь… это недопустимо, – сбивчиво и холодно пробормотал Джеймс.
– Я слышал, ей нет и двадцати. А по роду занятий она… бакалейщица. – Уилл-младший выплюнул это слово, как гнилой кусок, поганящий рот. – Ты что, с ума сошел?
– Что?
Уилла задел сам вопрос и тон сына.
– Она не из нашего круга, – подхватил Джеймс. – Одна лишь разница в возрасте…
– Спасибо за напоминание, – огрызнулся Уилл. – Но мне сорок пять, а не восемьдесят пять.
Уилл-младший прошел в конец гостиной, затем вернулся к отцу. Вид у него был подавленный.
– Подумай, как это воспримут люди, вкладывающие деньги в подземку. Сейчас любой скандал для нас губителен. Конкуренты следят за каждым нашим промахом. Бельмонт сразу за это уцепится. Ставки слишком высоки.
– Скандал? – повторил Уилл, глядя на сына как на умалишенного. – Не говори глупостей.
– Это не глупости! – почти закричал Уилл-младший. – Неужели ты не видишь…
– Я знаю настоящую причину твоего возражения, – прервал его Уилл. – Почему бы не сказать прямо? Тебе претит, что у нее ирландские корни и что она из рабочего класса.
